Skip to content

Внимание ! Мы в Одноклассниках

Заметки военного хирурга: С операционной за пулемет

В редакцию SAKHALIFE.RU прислал свои полевые заметки хирург, ветеран боевых действий Назар Иннокентьевич, чтобы опубликовать их ко дню рождения великого российского хирурга, основателя военно-полевой хирургии и анестезиологии Николая Ивановича Пирогова. Этот день 25 ноября принято считать Днём российской хирургии.

Прибыв на поддержку Запорожского фронта в отпуск за свой счет, положенный каждому ветерану боевых действий, я был переброшен на самый передний край медицинской службы – в госпиталь, дислоцирующийся в семи километрах от позиций противника.

Заступили мы на службу с мобилизованным хирургом из Перми Александром. Нас встретил майор-краснодарец А. крепкими объятиями, поскольку ему полагался отпуск, а тут и смена подоспела.

Поток раненых был значительным. Мы, два хирурга, еле успевали оперировать и заполнять медицинскую документацию, попутно решая логистику военной сортировки.

Самыми массовыми операциями были удаление осколков, хирургическая остановка кровотечений, ампутации и транспортная иммобилизация (фиксация) перебитых и ампутированных конечностей. Вторыми по частоте были полостные операции на органах грудной клетки, брюшной полости. Редкими и сложными – операции при ранениях сердца и крупных сосудов.

Все оперативные вмешательства нужно было выполнять быстро и радикально, с главным принципом – не задерживать этапы дальнейшей эвакуации, не скучивая раненых в одном месте. Поскольку высок риск быть замеченными и обстрелянными «Хаймарсами», артиллерией и минометами практически в упор. С семи-то километров не промажут.

Был удостоен чести поучаствовать в отражении наступления ВСУ. Заехав на передовую для обучения эвакуационного взвода противошоковым мероприятиям и лечения заболевших незаменимых боевых единиц непосредственно на позициях, мне пришлось задержаться на несколько суток.
Начались активные июльские «накаты» пехоты ВСУ под прикрытием бронетехники.

Благодаря тому, что наши войска заняли выгодные позиции, грамотно использовав рельеф местности, противнику приходилось атаковать в одном и том же направлении. На западе им мешали заболоченные берега водохранилища Днепра, а на востоке – инженерные сооружения россиян, в виде противотанковых рвов, бетонных «зубьев дракона» и глубоких минных полей. Подъезд к узкому перешейку линии атаки проходил вдоль береговой зоны, через извилистую дорогу за лесопосадками. Данная дорога хорошо просматривалась и простреливалась с противоположного высокого берега небольшой бухты. Пулеметные расчеты, с которых нам предстояло вести огонь, начинались с крупнокалиберных тринадцатимиллиметровых «ДШК» (12,7 мм.) у основания и заканчивались обычными «ПК» (7,62 мм.) у верхушки бухты.

Стрельба из пулемета

Командир взвода, настоящий Батя, приказал мне занять место пулеметчика, давеча «раненого в мозг» . Оправдывая синоним «Якут = снайпер», выстреливал по два осколочно-зажигательных в посадку, под чутким руководством Бати, корректировавшего огонь при помощи специальной оптики. «Правее! Выше! Быстрее, пока ответка не прилетела!». Но «быстрее» было больно единственно сохранившейся барабанной перепонке (вторую я потерял при контузии в Харькове), да и не совсем прицельно от приличной отдачи тринадцатимиллиметрового «ДШК». Вспышки по броне, валящиеся деревья лесопосадки, прикрывающей «хохляцкую» дорогу и подбадривающие крики командира ввели меня в раж, но пора было срочно менять позицию — летела «ответка»!

Зачистка лесопосадки

Ко тьме отбились. Но противник огрызался артобстрелами, сбросами с больших коварных квадрокоптеров со сказочным названием «Баба Яга». То и дело с разных позиций по нам работал танк. В воздухе стоял запах горелой и разлагающейся плоти перебитых укронацистов. В наши блиндажи сверху сыпались переевшие трупные черви. Веки смыкались, но заснуть было сложно, тишину украинской ночи нарушали стоны израненых насильно мобилизованных и обколотых наркотиками смертников ВСУ. Отличительной чертой наших солдат было то, что российские эвакобригады собирали раненых в любой обстановке, рискуя собственной жизнью. Увы, за смертниками ВСУ никто не шел. Приходилось решать вопрос нам…

Поиск выживших смертников ВСУ

Вылазка продлилась не три часа, как планировалось, а превысила трое суток. Рельеф местности использовали и ВСУ, нам чудом удалось избежать окружения – ювелирно по танкам отработала авиация. Слава Богу, справились без разрушительных «Солнцепеков».

Теперь во сне я вижу эпизоды: бойцов из «Шторм Z» бесстрашно закалывающих обколотых «бессмертных» штурмовиков ВСУ в рукопашном бою, получающих тяжелые ранения, но несмотря на увечья, возвращающихся к своими ребятам, наплевав на выплаты и компенсации; двадцатилетнего украинского юношу, раненого при обстреле «Хаймарсами» гражданского населения на рынке, которого мы пытались спасти в течение двух часов, ушивая сквозное ранение сердца, пищевода, печени и нижней полой вены; друзей с передовой, погибших при выполнении святого долга – защищавших рубежи Отечества и мирных граждан новых регионов…

И возникает вопрос: «Почему я здесь, а не там, где в разы полезнее и ценнее?»

Оставить комментарий

Войти с помощью: