Skip to content

АНОНС

Открылся   YouTube канал Тубсааны 

Прокляты и забыты: узники Дальстроя

Николай Татаринов 

История Дальстроя – это и его заключенные. Кто они – 800 тысяч узников Дальстроя и через что им пришлось пройти?

Дальстрой – советская организация, комбинат особого типа, раскинувшийся от Якутии до побережья Чукотки, занимался добычей полезных ископаемых стратегического значения и комплексным развитием всего края. Он широко опирался на труд заключенных и фактически являлся «страной в стране».

“Земля еще в замети снежной, 
Сияет и лоснится лед, 
А стланик зеленый и свежий 
Уже из-под снега встает.
И черные, грязные руки 
Он к небу протянет — туда, 
Где не было горя и муки, 
Мертвящего грозного льда.
Шуршит изумрудной одеждой 
Над белой пустыней земной. 
И крепнут людские надежды 
На скорую встречу с весной»
Варлам Шаламов, узник Дальстроя

Как и многие другие исторические темы, морально-нравственный вопрос ГУЛАГа имеет характерную для нашего общества особенность – деление всего на черное и белое. С одной стороны, суждение в духе “так им и надо, правильно, что заключенные приносили пользу стране, а не прохлаждались на нарах”. С другой стороны – “кровавый Сталин уничтожал в концлагерях невиновных советских граждан”.

Историческое же наследие Дальстроя в действительности куда более неоднозначно и чтобы вынести из него уроки, нужно рассмотреть вопрос детальнее…

Тачка основной инструмент Дальстроя

Тачка – основной инструмент Дальстроя

“Теперь вы не заключенные, вы – колонисты!”

С момента своего создания в 1931 году, Дальстрой акцентировал внимание на комплексной колонизации всего региона, рассматривая подневольный контингент, как будущих вольнопоселенцев Колымы. К тому же острая нехватка квалифицированных кадров, принуждало Дальстрой широко заменять их заключенными.

В Дальстрое контингентом заключенных занимался специально созданный Северо-восточный исправительно-трудовой лагерь (СВИТЛ), который формально подчинялся НВКД по Дальневосточному краю и являлся одним из крупнейших в СССР лагерных подразделений системы ГУЛАГа. На практике СВИТЛ находился в полном подчинении руководства Дальстроя.

В начальный период заключенные назначались даже на руководящие должности. Например, Цезарь Крон — осужденный заведующий учётным отделом Наркомвнешторга СССР в Дальстрое занимал должность руководителя планово-финансовой секции. Главный врач центральной больницы для заключенных Федор Михеев также являлся отбывающим наказание заключенным. Тоже самое применимо к Ефиму Раппопорту, который занимал должность заместителя начальника сектора снабжения Дальстроя.

Такому положению дел способствовал изначальный состав заключенных. В основном контингент состоял из лиц, осужденных за бытовые преступления с короткими сроками заключения и осужденных по 58-й статье, так называемых, политических.

В Дальстрое для заключенного контингента были организованы трех-пятимесячные курсы на профессии шоферов, дорожных работников, прорабов, топографов, горнорабочих, бухгалтеров и электромонтеров.

Для их стимулирования была введена система зачетов, где один рабочий день засчитывался за два дня срока заключения. После освобождения им разрешалось привезти на Колыму семьи, переезд которых полностью оплачивался Дальстроем.

На первое время для семей работников выделялись средства для покупки всего необходимого для жизни. Кроме того, дети освободившихся заключенных получали возможность поступать в любые учебные заведения страны в статусе детей работников промышленности.

6135045 original min 1

Конец эпохи колонизации

Все заканчивается в 1937 году, когда на смену политике колонизации приходит период деколонизации. По всей стране прокатывается волна политических репрессий. Арестовано около 1 млн 400 тысяч человек. Репрессии уничтожают более половины партийного состава страны, опустошают командный состав Красной Армии, но более всего затрагивают само НКВД.

Если в 1936 году в Дальстрое находилось 62 тысячи лиц категории «ЗК», то в 1937 году происходит их массовый приток, увеличивая контингент заключенных до 163 тысяч человек. При этом состав заключенных более не фильтруется, теперь на Колыму отправляются рецидивисты, убийцы, насильники и прочий уголовный элемент. Как следствие происходит повальное падение дисциплины, учащаются побеги и внутрилагерные преступления.

Хотя объемы добычи золота неуклонно растут, но еще не поспевают за все растущими потребностями индустриализации. С неуклонно падающей дисциплиной, географической отдаленностью и слабыми техническими возможностями, Дальстрой приближается к своему производственному тупику.

В этой ситуации крайним оказывается его директор — Эдуард Берзин, которого обвиняют в «измене Родине» и «подрыву государственной промышленности». Вскоре его расстреливают, а выходом из сложившейся ситуации становятся ужесточение дисциплины и карательные меры воздействия. Во всяком случае, так считает новый директор Дальстроя, старший майор госбезопасности Карп Павлов. В отличие от идейного коммуниста Берзина, по всей видимости действительно верящего в исправление заключенных через труд и колонизацию севера их усилиями, Павлов прибывает с одной единственной целью — повысить эффективность.

Карп Павлов

Карп Павлов

Вместе с ним на Колыму прибывает так называемая «московская бригада» откомандированных чекистов, сотрудников госбезопасности.

Уже в июне 1938 года ими числа вольнонаемного персонала Дальстроя выявлены 150 шпионов, работавших: 52 человека — на японскую разведку, 35 на немецкую, на польскую — 21, итальянская и литовская разведка была представлена скромно – всего 2 человека. Еще 116 человек, оказались служителями культа, кулаками, бывшими жандармами. Все арестованные попали в 1-ю категорию, подлежащую к расстрелу. Всего «московская бригада» и созданные на ее основе внесудебные тройки арестовали и осудили 3302 человека. Данные действия практически поставили крест на планах непринудительной колонизации региона.

5db2c11f15e9f9420209427a

Обеденный перерыв на “производстве”

Враги и вредители уничтожены, но эффективность работы треста, как и следовало ожидать, не повысилась. Первое время характер приказов Павлова в должности директора треста, походит на латание дыр в тонущем корабле. Дисциплина падает, горит подожженная тайга в горных долинах, разбойничают и совершают набеги беглые уголовники. По всему Дальстрою происходит рост преступности: убийства, изнасилования женского вольнонаемного персонала, массовые грабежи.

Ответной реакцией руководства Дальстроя становится планомерное ужесточение режима и как финал — приказ №029 от 25 декабря 1939 года. Согласно приказу всех проживающих по месту работы заключенных подлежало возвратить в лагеря (в том числе этот приказ коснулся большого количества заключенных, занимавшихся коневодством, кочегаров, работников цехов и прочих). Теперь любые перемещения заключенных разрешались только под конвоем. Отменены любые формы заработной платы заключенным. Заключенных-колонистов вывели из статуса колонистов и поместили в лагеря, а их семьи выселили с Дальстроя.

Так завершился первый период Дальстроя, теперь — это огромный лагерь заключенных и именно тогда он приобретает свою мрачную славу, а слово «Колыма» становится символом сталинского тоталитаризма.

89976 068

Тюрьма без стен

В конце тридцатых годов на территории Дальстроя существовало 354 лагерных подразделения, входящих в 8 производственно-территориальных районов, которые занимались многоплановой хозяйственной деятельностью: от добычи полезных ископаемых, строительства дорог и поселков до содержания теплиц и домашнего скота. Основной же упор делался на добычу золота, а достигалось это путем непомерного превышения численности контингента заключенных, загнанных в лагеря и рудники Дальстроя.

Среди заключенных Дальстроя попасть на горные работы в рудники считалось самой страшной участью. «Прописка» на руднике, означала смерть или тяжелое заболевание. Узник Дальстроя писатель и поэт Варлам Шаламов (отбывал наказание по политической 58-й статье и пробыл на Колыме с 1937 по 1953 года) описал, что там происходило:

В лагере для того, чтобы здоровый молодой человек, начав свою карьеру в золотом забое на чистом зимнем воздухе, превратился в доходягу, нужен срок по меньшей мере от двадцати до тридцати дней при шестнадцатичасовом рабочем дне, без выходных, при систематическом голоде, рваной одежде и ночевке в шестидесятиградусный мороз в дырявой брезентовой палатке, побоях десятников, старост из блатарей, конвоя. Эти сроки многократно проверены. Бригады, начинающие золотой сезон и носящие имена своих бригадиров, не сохраняют к концу сезона ни одного человека из тех, кто этот сезон начал, кроме самого бригадира, дневального бригады и кого-либо еще из личных друзей бригадира. Остальной состав бригады меняется за лето несколько раз.

Варлам Шаламов

Цена советского урана

Нормы питания были сокращены и жестко регулировались шестью категориями, основанными на принципе «кто больше работает, тот больше ест». Продолжительность рабочего дня растянули до 16 часов, основным же жильем заключенных на всем протяжении существования Дальстроя были брезентовые палатки с отоплением в виде печек «буржуек».

Увеличение физических нагрузок вместе со скудным питанием и суровыми северными условиями привело к повальному распространению «трех спутников» Дальстроя: дистрофии, цинге и пеллагре. В годы ВОВ в некоторых лагерях дистрофия и пеллагра убивала до 90% заключенного контингента.

Кроме золота в Дальстрое добывали и другие полезные ископаемые: олово (с 1936 года), уран (с 1945 года), кобальт (с 1947 года) и вольфрам (с 1948 года). Из всех типов рудников наиболее жестокие условия были на добыче урана, где заключенные находились в положении расходного материала.

Питание для заключенных на добыче и переработке урана было в несколько раз увеличено (американские консервы, увеличенная пайка хлеба и молоко), режим содержания облегчался и даже начислялась заработная плата. Первые партии заключенных были несказанно удивлены условиями, но это быстро сменилось ужасом, когда стало понятно насколько опасна урановая руда.

По-настоящему убийственными были работы на обжиге ее концентрата. Заключенные, без каких-либо мер защиты, практически голыми руками обжигали концентрат в специальных печах. Как правило, хватало двадцати смен по шесть часов, чтобы абсолютно здоровый человек получил фатальные дозы радиации и упокоился в лагерном захоронении.

Кладбище заключенных

Кладбище заключенных, урановый рудник Бутугычаг

На территории Якутской АССР располагались крупные Янское и Индигирское горнопромышленные управления. Велась разработка угольных месторождений Зырянки и Джебарики-Хая. В целом деятельность Дальстроя охватывала всю колымскую группу улусов, Абыйский, Нижнеянский, Верхоянский, Томпонский, Оймяконский, Момский, частично Алданский и Усть-Майские районы.

В среде заключенных Дальстроя попасть в Янское лагерное управление (ЯНЛАГ), считалось относительным везением. Смертность здесь была не столь высокая. Хуже, дела обстояли в лагерях ИНЛАГа, в особенности на руднике Алякситовый, где добывался стратегический вольфрам, и на урановом руднике Сусуман.

IMG 3008

Останки горно-обогатительной фабрики. Эге-Хая, Верхоянский улус

«Приказ №0047»

Хотя уничтожение заключенных никогда не было для Дальстроя самоцелью, расстрелы практиковались на его территории с первых дней существования. Исключая короткий промежуток с 1947 по 1950 годы, когда в СССР была отменена смертная казнь.

Расстрелы производились как в самом Магадане, так и на местах, но значительное число расстрельных приговоров приводилось в зловещей следственной тюрьме «Серпантинка», которая внешне представляла из себя всего лишь несколько бараков и высокий бревенчатый забор. О том, что творилось внутри поведал один из немногих там побывавших и выживших, Михаил Выгон:

Кого-то вызывали и на короткий допрос ради проформы, других партиями по 10-15 человек уводили на расстрел. Краем глаза я увидел этот жуткий задний дворик, когда в него вводили очередную группу приговоренных. По сути, это классический сельский вариант пункта забоя скота с той разницей, что дальняя сторона представляла собой бревенчатую стену, переходящую в земляной бруствер. Офицер быстро зачитывал приговор и отдавал бойцам приказ: «Привести приговор в исполнение». В этот же момент – уж не знаю кто – добавлял оборотов двум тракторным двигателям (самих тракторов не было), которые взревали, заглушая выстрелы.

Виновные и невинные

Мы рассмотрели через что проходили заключенные Дальстроя, а теперь рассмотрим кем они были и за какого рода преступления оказались в столь суровых условиях.

Возьмем 1938 год, когда произошел массовый наплыв заключенных: из общего числа в 90 тысяч человек, 34 тысячи были осуждены по 58-й статье, 16 тысяч за разбой и бандитизм, за убийства, тяжкие телесные повреждения и изнасилования — 4653, за воровство — 14 тысяч, за нарушение закона о паспортизации — 1505.

Надо понимать, что «политическая» 58-я статья УК СССР содержит крайне разнообразные формулировки: от воинских преступлений и саботажа, повлекшего гибель людей на производстве до политических и идейных противников власти. С маркировкой 58-я статья в Дальстрой отправлялись как халатные директора предприятий, так и люди, осужденные за анекдоты и «не правильные» с партийной точки зрения воззрения и слова.

Как видно, состав преступлений узников Дальстроя чрезвычайно разнообразен. Хватало и настоящих уголовников, но были и непомерно жестоко осужденные люди. Проблема Дальстроя заключалась в том, что никакого разделения труда согласно тяжести статьи, там не было.

Военные преступники (например, сражавшиеся в рядах немецкой армии), убийцы и насильники, выполняли те же самые работы, как и крестьяне укравшие несколько килограммов колхозной картошки. К тому же, как правило лагерная администрация сама способствовала распространению власти уголовного элемента, который выступал в роли надсмотрщиков. Именно от их рук, чаще страдали от побоев и несправедливого распределения труда простые заключенные.

Рукотворный каньон выдолбленный руками заключенных гора Кестер Верхоянский район

Рукотворный каньон, выдолбленный руками заключенных (гора Кестер, ЯНЛАГ)

За мешок картошки…

Часть заключенных, по современным меркам, не должна была попасть в лагеря. Личные дела заключенных Дальстроя содержат истории тысяч заключенных, осужденных за утерянный мешок совхозной картошки, украденную муку и другие преступления, многие из которых, люди совершили вынужденно в голодные годы коллективизации, ВОВ и послевоенной разрухи.

Обязательно нужно учитывать и то, что репрессии 1937-1938 годов, проводились по плановым спискам, доносам и методами выбивания показаний, а не в результате следственных действий. Трудно представить, что Сергей Королев – отец советской космической программы, действительно был членом «контререволюционной троцкистской организации по заданию, которой саботировал разработку новых вооружений».

Из воспоминаний Королева:

Здесь на Колыме содержался в лагере на прииске вместе с уголовниками, выполняя тяжелую физическую работу, копал землю. От непосильного труда и плохого питания тяжело заболел цингой, распухли десны, выпадали зубы, ноги покрылись язвами, невозможно было одевать тяжелые кирзовые сапоги. Я стал «фитилем-доходягой», кандидатом в смертники, даже на работу не гоняли. Уголовники издевались над политическими, охрана нас не защищала: мы – враги народа, а уголовники – свои. Нам присваивали всякие провинности, урезали пайки хлеба, не разрешали встречаться с товарищами, встреча трех человек вместе – уже считалось нарушением лагерных правил…

Сергей Королев

Через жернова Дальстроя также прошли: поэт Осип Мандельштам, народный артист Георгий Жженов, писатели Варлам Шаламов, Евгений Гинзбург. Из известных якутян в Дальстрое оказались: секретарь Якутского обкома ВКП(б) П.М. Певзняк, председатель СНК ЯАССР С.М. Аржаков, председатели ЦИК ЯАССР А.К. Андреев, А.Г. Габышев и многие другие.

soslani v lageriya 05

Советское руководство создало бездушную и безжалостную машину, где человек стал всего навсего топливом, которое закидывали в топку Дальстроя для выполнения производственного плана. С другой стороны, именно Дальстрой во многом дал стране золото для подготовки к грядущей войне и неизвестно чем бы она закончилась, если бы оборонная промышленность СССР оказалась к ней не готова. К тому же, наследие Дальстроя после его сворачивания, досталось Якутии, Магаданской области, Хабаровскому краю и Чукотке, в виде построенных дорог, поселков, производственных предприятий и многого другого, что даже в наши дни до сих пор успешно используется.

В этом плане, история Дальстроя — это характерный пример XX столетия, века потрясений и мировых войн, когда жизнь одного единственного человека, была ресурсом и разменной монетой в глобальных мировых процессах.

Остается только добрым словом вспомнить или хотя бы не клеймить тех, кто пусть не по своей воле, но внес вклад в защиту и развитие Отечества.

Николай ТАТАРИНОВ

Оставить комментарий

Войти с помощью: