Skip to content

Внимание ! Мы в Одноклассниках

Тайная история саха. Глава 1. Авторская версия этногенеза саха.

От редакции: публикуем отрывки из нового расширенного издания моей книги “Тайная история саха”, которое выйдет из печати в начале 2019 г.

Николаев Афанасий Алексеевич, кандидат исторических наук (Республика Саха, г. Якутск).
17.12.2018 г.

1.1. Общие подходы.

Для объективного исследования этногенеза саха нами будет использована необычная гумилёвская многомерная методика исследования, впервые апробированная в его знаменитом научном трактате «В поисках вымышленного царства».
Гумилёв писал: «Прежде чем излагать историю страны или народа, надо увидеть ее самому, а смотреть тоже можно по-разному: с птичьего полета, с вершины холма, из мышиной норы. В каждом случае мы что-то заметим, а что-то упустим, но совместить все три уровня рас-смотрения невозможно. Следовательно, приходится выбирать тот, который нам нужен в данный момент. Итак, при историческом анализе лучше всего применять все три метода, так как ни один из них не заслуживает предпочтения, а просто отвечает на разные вопросы. Предлагаемый здесь подход не что иное, как анализ, т.е. “расчленение”, необходимое для того, чтобы распутать неясные места в истории и потом перейти к синтезу, когда учитываются результаты разных методик исследования. Только таким путем можно вырваться из прокрустова ложа заданной схемы, не впадая в мелочеведение, при котором теряется сам предмет исследования – ритмы Всемирной истории».
По этногенезу саха существует значительное количество исследований, в научный оборот уже введены огромные объёмы исторических источников. Ещё больше исторических источников до сих пор не введены в научный оборот. Они в отрывочном виде находятся во многих российских, китайских, арабских, индийских, американских, среднеазиатских, европейских архивах и библиотеках.
При традиционном подходе к исследованию исторических событий для изучения всех материалов по этногенезу саха и их интерпретаций необходимы сотни лет кропотливой работы многих учёных. Но, да-же при этом, нет никаких гарантий правильного понимания исторических событий, происходивших сотни и тысячи лет назад.
Исходной, отправной точкой нашего исследования может стать научная гипотеза Л.Н.Гумилёва о том, саха (якуты) являются реликтовым, древним этносом. В связи с этим возникают два вопроса – когда и где появляются саха?
Дискуссия о месте возникновения якутского этноса не утихает до сих пор. Существуют две основные версии происхождения народа саха: южная, пришлая, и северная, автохтонная.
Объективный анализ исторических фактов свидетельствует, что версия южного происхождении саха не выдерживает критики.
Об ошибочности южной версии свидетельствуют и архаичный ха-рактер духовной культуры саха, отраженный в героическом эпосе Олонхо, и особенности материальной, скотоводческой культуры саха.
При ответе на вопрос о времени возникновения саха, как этноса необходимо использование 1, 2 и 3 приближения гумилёвского историоскопа.
Приближение № 1 необходимо для определения роли природно-климатического фактора в этногенезе, учитывая реликтовое, древнее происхождение народа. Это возможно только при рассмотрении дли-тельных исторических циклов в тысячи лет.
Приближение № 2 необходимо для определения места и роли в письменный период истории человечества, так как этногенез саха тесно связан с этногенезом целого ряда индоевропейских и тюрко-монгольских народов.
Приближение № 3 требуется для исследования этнической истории непосредственно саха, а также исторически и культурно связанных этносов.
Также по ситуации потребуется и панорамный подход, использование приближения № 1,5 и приближение № 2,5.
Приближение № 1,5 потребуется для изучения дописьменного периода этногенеза саха, а приближение № 2,5 – при исследовании пограничных проблем на стыке истории непосредственно саха и общемировой истории.
Ответ на вопрос о времени появления якутского этноса могут дать приближения № 1 и № 1,5, отражённые в исследованиях геологов, климатологов, археологов, генетиков.
Археологами установлено, что древний человек заселил Якутию уже в раннем палеолите. Тогда же здесь появились первые археологические памятники, датируемые временем от 300 тысяч до 3 млн. лет. Наиболее известный и хорошо изученный памятник – это нижнепалеолитическая стоянка Диринг-Юрях, которая расположена в среднем течении реки Лены.
Эпоха мезолита в Якутии представлена сумнагинской археологической культурой (10,5 – 6,2 тыс. лет до н. э.).
Неолит Якутии делится на три этапа:
1. Ранний — Сыалахская культура (6,2 – 5,3 тыс. лет до н. э.).
2. Средний — Белькачинская культура (5,3 – 4,5 тыс. лет до н. э.).
3. Поздний — Ымыяхтахская культура (4,5 – 3,5 тыс. лет до н. э.).
Ключевой вопрос, возникающий при этом – кем были потомки представителей древних археологических культур Якутии? Саха, тунгусо- маньчжурами или палеоазиатами (юкагирами)? Разгадка может содержаться в данных археологии и генетики.
Известные археологи, доктора исторических наук, организаторы Приленской археологической экспедиции Ю.А.Мочанов и С.А.Федосеева, на основе многолетних исследований археологии Якутии, отмечали: “История освоения человеком этой наиболее холодной части плане-ты насчитывает около 3 млн. лет и вплоть до настоящего времени чело-век никогда не покидал эту суровую дискомфортную зону обитания, живя в гармонии с окружающими условиями и адаптируя к ним свой организм, свою культуру и типы хозяйства”.
Приленская археологическая экспедиция начала работу в Якутии в 1964 г. и занималась поисками, раскопками и комплексным исследованием археологических памятников Якутии и прилегающих к ней терри-торий Северо-Восточной Азии общей площадью около 5 млн. кв. км.
Подводя итоги работы Приленской археологической экспедиции за 40 лет, с 1964 по 2004 годы, С.А. Федосеева написала: «Палеоантропологические материалы Диринг-Юряхского поздненеолитического могильника, оставленного населением ымыяхтахской культуры, свидетель-ствуют, что основной генофонд популяции якутов был уже сформирован в Северо-Восточной Азии по крайней мере 3500 лет тому назад».
Гохман И.И., Томтосова Л.Ф. в своей статье «Антропологические исследования неолитических могильников Диринг-Юряха и Родинка», опубликованной в Новосибирске в 1992 г., также отмечали связь древ-них жителей Якутии с саха. Они писали: «При сравнении с древними черепами Восточной Сибири диринг-юряхская краниологическая серия по отдельным признакам (высота черепной коробки, носовой указатель) обнаруживает сходство с черепами из областей распространения арктической расы (Родинка, Усть-Белая)… При сравнении ее с краниологическими сериями современных народов Восточной Сибири обнаруживается наибольшее сходство с представителями центрально-азиатской расы, а среди них с якутами. Этот крайне важный для решения проблемы происхождения якутов вывод, возможно, приведет к существенным коррективам представлений об их расогенезе».
По данным генетических исследований возраст якутских домашних пород скота составляет примерно 10-15 тыс. лет. Одомашнивание скота не происходит само по себе, им должен заниматься какой-то на-род. Процесс одомашнивания скота является длительным и растягивает-ся на тысячелетия.
О раннем приручении лошадей коренными жителями Якутии свидетельствуют и данные археологических исследований. В частности, в научной монографии академика А. П. Окладникова “История Якутии” в табл. 16 содержатся наскальные изображения домашних лошадей в за-гоне. Они обнаружены на Ленских писаницах и датируются эпохой не-олита (6,2 – 3,5 тыс. лет до н. э.).
О древности скотоводства на территории Якутии свидетельствуют и результаты изучения археологической стоянки Малая Мунку, открытой экспедицией под руководством А.П. Окладниковым на Лене в 1940 г.
Зоолог В.В. Карачаровский, который обрабатывал фауну найден-ную на этой стоянки опубликовал в 1941 г. по итогам её изучения науч-ную статью. Он отметил: «Установлены остатки следующих животных: 1) бык домашний; 2) северный олень; 3) косуля азиатская; 4) лось; 5) медведь бурый; 6) волк; 7) заяц-беляк; 8) крыса водяная. Домашний бык представлен задним коренным зубом левой половины нижней челюсти (М3), принадлежащим взрослому животному. Если эти данные будут дополнены такими же новыми материалами, то придется, по-видимому, поставить вопрос о пересмотре устоявшихся взглядов на время возникновения скотоводства в Якутии».
Руководитель магаданских археологов, член-корреспондент АН СССР Н.Н.Диков в одной из своих научных работ в 1979 г. также отметил, что скотоводство на территории Якутии отмечено уже в эпоху голоцена: «В северной субтропической полосе Старого Света в голоцене совершались события, имевшие большое значение для дальнейшего развития этнических и культурных связей. Огромный мир охотников, рыболовов и собирателей постепенно переставал быть единственным на земном шаре. В Передней Азии, на Ближнем и Дальнем Востоке в наиболее благоприятных природных условиях люди переходили от собирания готовых продуктов природы к их производству, начинали заниматься земледелием и скотоводством. Этот революционный процесс распространился позднее и далее на север, захватив, например, тундро-степную долину Верхней и Средней Лены, пройдя здесь почти к самому полярному кругу – пределу возможного в те времена распространения высоко-развитого скотоводства».
Результаты исследований якутского учёного, кандидата сельскохозяйственных наук Ядрихинского свидетельствуют о том, что кишечник якутских пород домашнего скота – лошадей и крупного рогатого скота – в 2 раза длиннее кишечника южных азиатских и западных европейских пород.
По мнению других специалистов, особых отличий у якутского скота от других пород скота несколько. К ним можно отнести и физиологические особенности коленного сустава, из-за которого скот может вы-держать воздействие холода. Также у якутских пород скота отличаются связки пальцев, волярной связки, межкопытных крестовидных связок, которые уменьшают давление на грунт. Отрыжка и метеоризм у якутского скота (выброс метана в воздух) из-за отличий бактерий в пищеварительной системе почти отсутствует…
Профессор Финского института природных ресурсов доктор био-логии Юка Кантанен изучивший генетику 44 пород скота Европы и Азии, в Якутии 12 лет изучал генетику якутского скота. Он отмечает, что у якутского скота самый сильный ген среди различных пород скота. Катанен отмечает, что чем больше разновидностей генов у скота, тем больше скот устойчив к различным заболеваниям, стрессам, катаклизмам и т.д. Так, по данным Катанена, якутский скот содержит 0,2% от всей суммы мировых генов крупного рогатого скота. Для примера, знаменитая исландская мясная порода скота имеет показатель – 0,066.
Исследователи генетических отличий якутской породы лошадей также отмечают, что якутские лошади центральной популяции имеют значительное генетическое сходство с монгольской лошадью, а лошади восточной популяции – с казахской джабе.
Но, из истории известно, что монгольские лошади и казахские джабе в Якутию не ввозились. Таким образом, правомерно предположить, что и монгольские, и казахские лошади происходят от якутских пород лошадей.
Эти факты говорят, с одной стороны, о разном происхождении якутских и южных пород скота, с другой стороны, невозможности южного происхождения якутских пород…
Доктор ветеринарных наук Л.Н.Владимиров отмечает: “Якутская лошадь по всем своим признакам скелета и экстерьера идентична позднеплейстоценовой лошади, что якутская лошадь не вымерла подобно мамонту, шерстистому носорогу и некоторым другим млекопитающим, а вошла в состав современной фауны Якутии и продолжает существовать в виде современной якутской лошади”…
Также представляется технически невозможным в эпоху средневековья перегнать десятки тысяч голов скота с Прибайкалья в Якутию в условиях бездорожья, отсутствия мощной современной техники.
Историческом фактом является то, что ни представители тунгусо- маньчжурских народов, ни представители палеоазиатских народов скотоводством, производящим хозяйством не занимались. Единственным народом, традиционно занимавшимся скотоводством в Якутии, являются саха.
В этой связи напрашивается вывод, что ранний этап этногенеза саха происходил примерно 15-20 тыс. лет назад. Единственным народом Якутии, занимающимся скотоводством, разведением лошадей, являются саха. Поэтому напрашивается вывод, что древними обитателями Якутии, наследниками Диринг- Юряхской археологической культуры, были именно предки современных саха.
Экономика древних саха, основанная на скотоводстве, опиралась также на развитую металлургию. На территории современной Якутии уже в конце I тыс. до н.э. местные жители перешли к обработке металла. Для сравнения, в общепризнанном сибирском центре металлургии, Хакасско- Минусинской котловине, только в IV-II вв. до н.э. преобладающим металлом становится железо.
Раннее развитие металлургии нашло отражение и в эпическом наследии саха. Известный якутский учёный, доктор филологических наук Н. К. Антонов писал: «Возникновение якутских металлургических терминов, а следовательно, и самой якутской металлургии, относится к древнейшим временам». Это подтверждается тем, что по типологии героический эпос саха Олонхо относится к числу самых древних эпосов героико- архаического типа. Время зарождения якутского эпоса, видимо, связано с бронзовым и ранним железным веком…
В Ленском бассейне Якутии железо не только обрабатывалось, но и выплавлялось из местных железных руд. Археолог И. В. Константинов, исследуя «культуру малых домов», датируемой ХV-ХVI вв., нашел большие куски железного шлака, следы местной металлургии.
Недавние открытия якутских археологов древнего кузнечного центра в местности «Сынаhалаах» и «Быталаах» II Жемконского наслега Хангаласского улуса также предварительно датированы ХV -ХVII в…
По мнению специалистов, по своему сюжету время возникновения героического эпоса саха Олонхо, как догосударственного (архаического) эпоса, может быть отнесено примерно к 3000 году до нашей эры.

1.2. Трилистник птичьего полёта. Климат Евразии и начальный этап этногенеза саха.

Наиболее объективным подтверждением правильности гипотезы древнего происхождения народа саха и складывания его в этнос на территории современной Якутии являются данные климатологов и геологов. Они свидетельствуют, что именно в период предполагаемого нами складывания в этнос, 15-20 тыс. лет назад, наиболее благоприятные природно- климатические условия в Евразии для самоорганизации сообществ древних людей были на территории современной Якутии.
Кульминация последнего оледенения Евразии и Северной Америки произошла около 20 тыс. лет назад. В это время европейский ледниковый покров охватывал территорию Лондона, Кракова, Киева, Днепропетровска и доходил почти до Волгограда; по Днепру он опускался почти до 48° северной широты. В Северной Америке ледник перекрывал всю северную половину континента, по долине реки Миссисипи опускался еще южнее, до 37° северной широты, и заканчивался в 1500 км. от линии тропика. Мощность ледникового пласта Европейского щита достигала в районе Скандинавии 3,5, в районе Новой Земли – 4 км. Мощность Северо-Американского щита была того же порядка.
Возможные сомнения наших оппонентов, основанные на анализе современных суровых природно- климатических условий Якутии, опровергаются наличием фактов радикального изменения климата Земли. Климат Якутии неоднократно менялся, были периоды времени, когда он был значительно более тёплым, чем сейчас. Об этом, в частности, свидетельствует факт наличия в якутском языке слов, обозначающих представителей фауны южных стран, например тигр (баабыр), верблюд (тэбиэн), лев (хахай).
В качестве примера изменения климата на Земле можно, например, отметить, что когда – то на полюсах нашей планеты были тропические леса и климат там был похож на климат современных Африки и Южной Америки. А 500 млн. лет назад на нашей планете не существовало сезонов – ни лета, ни осени, ни весны, ни зимы. Не было дождливых сезонов года и засушливых. Дожди каждые 2–3 суток выпадали и в Антарктиде, и в Африке. Ночью было тепло, как днем. 70 млн. лет назад климат Земли начал меняться и продолжает меняться до сих пор. Все это время происходит процесс неравномерного планетарного охлаждения.
Дополнительно к общему охлаждению климата, около 5 млн. лет назад, началось охлаждение Земли на полюсах. В результате погибли древние тропические леса на полюсах, биомасса этих участков суши снизилась до нуля, территории превратились в безжизненные ледяные пустыни.
В истории планеты Земля также наблюдались природные катаклизмы космического происхождения.
В 11000 году до нашей эры, когда Земля пробуждалась от последнего ледникового периода, неизвестный катаклизм привёл к внезапной смене климата. Это стало началом Позднего дриаса — этапа последнего оледенения.
Учёные строили самые разнообразные предположения о причинах этой перемены климата. Например, Иммануил Великовский, американский исследователь, высказал предположение, что причиной этой резкой перемены климата стала планетарная катастрофа, вызванная прохождением через Солнечную систему огромного небесного тела.
Грэм Хэнкок отмечает, что об уничтожении высокоразвитой працивилизации огнём с небес и потопом свидетельствует более чем 200 мифов о сотворении мира — от племён Заполярья до Центральной Африки. В качестве аргументов Хэнкок ссылается на огромные мегалиты, залежи платины и алмазы в Северной Америке — следы столкновения с кометой.
Причины природного катаклизма, произошедшего на Земле 11000 лет до н.э., раскрыты в изображениях на колоннах древнего храмового комплекса Гёбекли-Тепе на юго-востоке Турции. Там на колоннах этого храма были найдены изображения удара кометы о нашу планету в 10950 году до нашей эры.
В апреле 2017 г. в научном журнале «Археология и археометрия Средиземноморья» появилась статья, в которой эксперты из Университета Эдинбурга описывали эти колонны и изображения.
«Это исследование вместе с обнаружением платиновых аномалий в Северной Америке ставит точку в вопросе о столкновении с кометой в Позднем дриасе. Наше заключение подтвердят физические доказательства. Гёбекли-Тепе, кроме других своих предназначений, был обсерваторией для наблюдений за ночным небом. Одна из колонн служит напоминанием об этой катастрофе — наверное, самом ужасном событии со времени окончания ледникового периода», — приводит газета The Telegraph слова доктора Мартина Суэтмана из Университета Эдинбурга.
Храмовый комплекс Гёбекли-Тепе археологи обнаружили в сере-дине 1990-х годов. Этот огромный храм с десятками резных колонн, является крупнейшим сооружением мира того времени, который был по-строен за 6,5 тыс. лет до пирамиды Хеопса и за 6 тыс. лет до Стоунхенджа.

1.3. Трилистник мышиной норы. Генетика и мифология.

О правильности гипотезы автохтонного, древнего происхождения саха свидетельствуют и данные современных генетиков, и результаты исследований известного индийского учёного и общественного деятеля Б. Г. Тилака.
Якутский генетик С.А.Федорова в своей книге «Генетические портреты народов Республики Саха (Якутия): анализ линий митохондриальной ДНК и Y-хромосомы», опубликованной в 2008 г., также отмечает: «Гаплотипы Кердюгенского погребения, сравнительно-типологическим методом датированного временем позднего неолита Якутии, не найдены в современных популяциях Чукотки и Камчатки у чукчей, эскимосов, коряков и ительменов (Starikovskaya et al., 1998; Schurr et al., 1999). Полученные нами результаты не соответствуют гипотезам о генетической связи ымыяхтахцев с современными палеоазиатскими этносами. Результаты нашей работы больше соответствуют ан-тропологическим исследованиям диринг-юряхской серии черепов позднего неолита (Гохман и Томтосова, 1992) и указывают на то, что происхождение ымыяхтахской культуры, возможно, связано с центральноазиатским регионом».
Недавние сравнительные исследования древних митохондриальных геномов из Прибайкалья, Забайкалья и Якутии членов международной группы генетиков под руководством учёных из Стокгольмского университета также доказывают факт наличия генетической непрерывности в регионе от палеолита для современности.
В статье, опубликованной в 2018 г. в журнале Scientific Reports, представлены результаты исследования митохондриальных геномов 41 древнего индивида из Северной Азии (Прибайкалья, Забайкалья и Яку-тии) с датировками от 13 790 лет назад до 1380 лет назад, от палеолита до железного века.
В эту международную научную группу авторский коллектив входили учёные из Стокгольма, Иркутска, Якутска, Благовещенска, Красноярска, Барнаула, Читы.
Авторы полностью секвенировали мтДНК и определили гапло-группы изученных образцов. По своим результатам они пришли к заключению о генетической близости по мтДНК древних популяций и со-временного населения Северной Азии.
Они сделали вывод о длительной генетической непрерывности по материнским линиям наследования в данном регионе. Авторы также обнаружили снижение митохондриального генетического разнообразия со временем и уменьшение эффективного размера популяции примерно 7 тысяч лет назад.
Моделирование подтвердило генетическую непрерывность по мтДНК популяций, живущих в регионе 7 тыс. лет назад, 4,8 тыс. лет на-зад, 3 тыс. лет назад и в настоящее время. Наблюдаемые генетические различия между популяциями разных времен не объясняются одним лишь генетическим дрейфом, но предполагают генетические потоки из других регионов.
Иммуногенетик, д.б.н. В.В.Фефелова в ходе своих многолетних исследований установила, что индоевропейская “метка” (ген HLA-A1) имеется у примерно 40% саха. Для сравнения, у русских и других европейцев доля людей с этой генетической “метка” колеблется от 18 до 23%.
Археологические данные также свидетельствуют о том, что арии в Индии появились во II тысячелетии до нашей эры и их отличало наличие маленьких хижин с очагами. Этот факт свидетельствует о том, что ранее арии жили в холодном климате.
Объяснить этот факт можно тем, что исторические корни древних ариев (Аар Айыы) находятся на севере Евразии, в Якутии, и что древние арии были потомками древних саха.
Между тем, вопрос происхождения ариев в исторической науке до сих пор остаётся дискуссионным. Непонятно, откуда пришли в Индию арии, какого они происхождения.
Б. Г. Тилак в книге «Арктическая родина в Ведах» писал: «В Риг-веде (X.89.2-4) бог Индра «поддерживает небо и землю, как колесо по-возки поддерживаются осью» и вращает «отдаленную сферу, как колеса повозки». Если мы объединим эти два указания на то, что небо поддерживается на оси и движется, как колесо, то увидим, что эти движения можно наблюдать лишь на Северном полюсе». Тилак также заметил, что в Ригведе (I.24.10) созвездие Большой Медведицы описывается как высокостоящее, что говорит о положении, видимом только в циркумполярной области.
Утверждение, что день и ночь богов длятся по 6 месяцев, широко распространено в древнеиндиндийской литературе. Гора Меру признается астрономами земным Северным полюсом.
В древнеиндийских «Законах Ману» (I.67) написано: «У богов и день и ночь — (человеческий) год, опять разделенный надвое: день — период движения солнца к северу, ночь — период движения к югу».
В Тайттирия Брахмане (III, 9, 22.1) и Авесте (Вендидад, Фаргард II) древние индоарии год сравнивали с одним днём, так как солнце садится и всходит лишь раз в год.
Большое количество гимнов Ригведы посвящено богине утренней зари — Ушас. В них говорится, что заря длится очень долго, что зорь много и они движутся по горизонту. Это похоже на описание природно-климатических условий приполярных областей.
Тилак отмечал, что большое количество гимнов Ригведы посвящено описанию кромешной тьмы и длинной ночи (II.27.14; VII.67.2; X.124.I; II.2.2 и др.), что в Ригведе упоминается лишь 7 солнечных богов. Это может свидетельствовать о том, что солнце светило лишь 7 месяцев.
В Ригведе также упоминаются появляющиеся и исчезающие (замерзающие) воды, океан и лодки.
О суровом климате индоевропейской прародины, как отмечал Тилак, свидетельствует и древняя Авеста: «120. И четырёх ей создал Ахура жеребцов, те кони — Дождь, и Ветер, и Облако, и Град. Они ей постоянно льют влагу, о Спитама, поят её росою, числом неисчислимым, ей сыплят снег и град… 129. Бобровую накидку надела Ардви-Сура из шкур трехсот бобрих, четырежды родивших».
Об общем происхождении европеоидов и монголоидов и наличии у них общей исторической Родины, в Азии, в Сибири свидетельствуют и работы доктор биологических наук, научного сотрудника Институт про-блем экологии и эволюции РАН А.Ф.Назарова. Она на основе многолетних исследований матрицы генетических расстояний 11 человеческих популяций Европы, Азии и Америки (саамов (лопарей), ненцев, нганасан, эвенков, якутов, монголов, алтайцев, русских, финнов, немцев и американских индейцев) по частотам 28 аллелей белков, ферментов и групп крови пришла к следующим выводам:
«1. Генетические расстояния человеческих популяций Европы, Азии, Америки, Африки и Океании, построенные по ним дендрограммы, а также распределение гаплогрупп митохондриальной ДНК в человеческих популяциях говорит о том, что европеоиды, так же, как и северные монголоиды, жили в палеолите в Азии, в Сибири, и пришли в места своей современного обитания в результате многотысячелетней миграции.
2. Ряд данных антропологии и палеозоологии поддерживает эту гипотезу палеоазиатского происхождения северных монголоидов, европеоидов и предков американских индейцев.
3. Недавняя расшифровка учеными-лингвистами зачатков праписьменности в Прибайкалье также говорит об обитании европеоидов в палеолите в Сибири, и о древней близости их к монголоидам».

1.4. Трилистник птичьего полёта. Этногенез саха.

По нашей гипотезе, в связи со значительным изменением климата 10-12 тыс. лет назад, резким похолоданием на территории современной Якутии и потеплением в других регионах Евразии, отступлением ледника с Евразийского континента начинается активная миграция древних саха в трёх основных направлениях: во-первых, на территорию современной Сибири, затем на территорию Казахстана, Поволжья, Урала, да-лее Ирана, Передней Азии; во-вторых, на Американский континент через Берингию, древний перешеек, соединяющий Евразию и Америку; в-третьих, в Центральную Азию, современную Монголию и Северный Китай и далее до Тибета и Индии.
Таким образом, древние саха стали предками индейцев Америки, ариев, центральноазиатских хунну. И именно это обстоятельство обусловило генетическое сходство саха, американских индейцев, хунну, ариев, значительную близость их материальной и духовной культуры.
Последние исследования генетиков Йельского университета США также свидетельствуют о том, что родина предков крупнейших народов Восточной Азии, китайцев, японцев и корейцев находится на территории современной Якутии.
Существуют значительные сходства в материальной и духовной культуре саха и индейцев Америки. Индейцы Америки, например, сиу, дакота и майя, поклонялись Солнцу, почитали Священные Деревья, праздновали день летнего солнцестояния (22-23 июня). Индейцы веруют в духов Неба, Земли и Нижнего мира.
По мнению филологов, язык американских индейцев сиу “относится к урало- алтайскому семейству языков”. В качестве доказательства они приводят такие слова, как “тойон” (по якутски “господин“), “кун” (по якутски “солнце“), “иньэ” (по якутски “мать“), “ис” (по якутски “пей“), “икки” (по якутски «два»), “бил” (по якутски «знай»), “тур” (по якутски «вставай») и т.д.
По данным генетических исследований исследователей из Мичиганского университета первые люди в Америке появились 70 тысяч лет назад и были мигрантами из Северо-Восточной Азии.
Также имеются интересные данные, свидетельствующие о связях между шумерами, которые считаются древнейшим народом мира, и древними саха. Происхождение шумеров до сих пор неизвестно. По на-шей версии, предки шумеров могли быть потомками древних саха, мигрировавших в Переднюю Азию через Иран. Этой версии не противоречит статья о происхождении шумеров в Большом Энциклопедическом Словаре, где сказано, что 3300 лет до н.э. на юг Месопотамии пришли первые шумерские племена, первоначальной родиной которых была Центральная Азия.
Известный востоковед, шумеролог А. Г. Кифишин в своих науч-ных работах также отмечал, что протошумерская культура и язык сформировались “в регионе от Алтая до Байкала, и от Байкала до Алдана”. Он считает, что писаницы (петроглифы) на скалах рек – Лены, Селенги и Алдана (гора Суон Тиит) принадлежат протошумерам.
А.Г.Кифишин расшифровал древние петроглифы, обнаруженные археологами В.Е.Ларичевым и А.П.Окладниковым в Прибайкалье. По его мнению, обнаруженная археологами близ села Суон-Тит на р. Алдан наскальная надпись является первой в мире и датируется ХVIII тысячелетием до н.э. и принадлежит протошумерам.
Кифишин расшифровал эту надпись, выражение «Аматерасу осуждена Сином». Он также расшифровал другие древние петроглифы Восточной Сибири (Прибайкалья).
По мнению ряда исследователей эти петроглифы были найдены на местах древними святилищами богини Аматерасу, принадлежащей к пантеону древних обитателей Северной Азии (Сибири), являвшихся предками, как шумеров, хеттов, так и японцев. Отмечаются параллели в пантеонах богов древних шумеров и хеттов, и японской национальной религии синто.
Согласно исследованиям Кифишина, праяпонцы, как и прашумеры, жили в регионе Алтая и Забайкалья (Селенги), где существовал культ Ама-барагеси. Ама-барагеси упоминается в надписях 2-й Боро-динской скалы под Челябинском на Урале (18 000 лет до н.э.), в прото-шумерском архиве Каменной Могилы в Приазовье (12-3 тыс. лет до н.э.), в архиве месопотамского Ура (3-е тысячелетие до н.э., и в надписях Урнанши из Лагаша (2450 г до н.э.).
То есть, эти древние памятники являются наглядными свидетельствами многотысячелетней миграции древних протошумеров из Восточной Сибири через Приазовье в Переднюю Азию.
У протошумеров и саха наблюдается значительное сходство, во-первых, по языку, во-вторых, по религиозным представлениям, в-третьих, по мифологическим сюжетам, отражённым в эпосе. Сам этно-ним «шумеры», на языке саха «суумэрдэр», буквально означает слова «лучший, отборный, сборный».
Шумеры поклонялись Небу-Дингир и Солнцу. “Дингир” – это по – тюркски “тенгри”, по якутски “тангара”. У шумеров, как и у саха, в мифологии имеются образы Мирового Дерева, деление мира на три части, где в нижнем мире живут нечистые духи, “абзы”, то есть по-якутски “абаасы” и т.д.
Шумеро-тюркскими параллелями с 1947 года занимался турецкий ученый Осман Недим Туна. С результатами своих исследований он вы-ступал на международных конгрессах, и в 1990 году издал книгу, в которой делает попытку определения возраста тюркского языка, исходя из шумеро-тюркских параллелей.
О.Н.Туна предполагает, что тюркский язык еще 5500 лет тому на-зад имел логически разработанные его носителями фонетический строй и грамматическую систему. Если допустить, что до развития этой сис-темы прошло еще 5500 лет, то возраст тюркского языка окажется 11 тыс. лет. Что касается времени закрепления тюркского языка в письменности (шумерской клинописи), то оно было 8000-8500 лет тому назад.
В дальнейшем с изменением климата, похолоданием на территории современной Якутии и одновременным потеплением в других регионах Евразии потомки древних саха мигрировали из Якутии и стали основателями новых народов и государств. Впоследствии хунну явились прародителями западных гуннов, ставших катализаторами великого переселения народов в Европе и древних тюрков, основателей великих империй Центральной Азии. О тесной связи, преемственности хунну и тюрков свидетельствуют и данные филологов.
Предполагаемое время и место возникновения тюркского праязыка – это территория между нынешним Ордосом и Южным Саяно- Алтаем в период с конца I тыс. до н. э. до первых веков н. э. Это относится к языковому состоянию, еще не разделившемуся на булгарскую и общетюркскую ветви, но уже выделившемуся из праалтайского, отдельному от монгольского и тунгусо-маньчжурского языковых состояний.
Между тем именно в период с III в. д.н.э. до III в. н.э. между Ордосом и Южным Саяно – Алтаем происходит становление и развитие вели-кой державы хуннских шаньюев, соперницы Ханьского Китая в борьбе за гегемонию в Восточной Азии.

1.5. Трилистник кургана. Хунны и японцы.

В качестве наглядного примера роли потомков древних саха в истории древних цивилизаций Азии можно привести этногенез современных японцев. Наглядность эта обусловлена островным, изолированным положением Японии, что предопределило своеобразную чистоту исторического эксперимента с внедрением внешней, кочевой культуры на местную, осёдлую земледельческую цивилизацию.
Специалистами отмечено значительное сходство культур древних тюрков и древних японцев, основателей раннеяпонского государства Ямато в IV – VI вв. н. э. Создатели этого государства были, по всей вероятности, потомками хуннов. В названиях аристократических домов Японии отразилась тайна их происхождения. Так, например, один из наиболее влиятельных в ранний период истории Японии аристократических кланов носил название Сога. Это слово «Сога» является типичной для других степных народов Евразии транскрипцией слова «Саха». Известно также, что японцы по языку относятся к алтайской языковой группе, а их древняя религия – синтоизм – является восточным ответвлением тенгрианской веры.
Начиная с эпохи яёи, в период с III в. до н. э. до VI – VIII вв. н. э., этнорасовый фонд Южной и Центральной Японии постепенно пополнялся переселенцами с Азиатского континента. Именно носители куль-туры яёи положили начало первым государственным союзам протояпонцев и составили основу японской нации. Период яёи датируется III в. до н. э – III в. н. э., и все эти шесть веков проникновения с азиатского континента имели в основном характер мирных миграций. Известно, что носители культуры яёи, которая сложилась на юге Кореи, а затем распространилась на южные Японские острова, состояли из древнекорейского, древнекитайского и хуннского (сюнну) элементов. Это должно было найти отражение в языке. Однако ни у современного японского, ни у древнеяпонского языка не обнаружено генетической связи ни с древнекитайским, ни с древнекорейским языками. Таким образом, можно констатировать исторический факт, что древнеяпонский язык складывался именно на основе хуннского.
Данные филологов подтверждаются и данными историков.
Известно, что вначале III в. до н. э., когда происходило складывание культуры яёи на юге Японии, в Китае не была еще построена Вели-кая китайская стена против тех же хунну, а сами хунну ещё воевали с племенами- соседями, на западе и севере от Китая. С наступлением новой эры начинается упадок хуннской державы, Китай и соседние степные народы теснят хунну, и в 181 г. н. э. держава хунну распадается на части. В конце II в. н. э. уцелевшие от разгрома и ассимиляции группы хунну откочевывают на запад, чтобы консолидироваться в ином этнорасовом и культурном облике – как гунны.
Л. Н. Гумилев сообщает, что к III в. н.э. оставшиеся в Центральной Азии хунну распадаются на 4 группы: северных хунну, ушедших в Сибирь; западных хунну – юебань, ушедших в Среднюю Азию и многое воспринявших от согдийской культуры; монгольских хунно-сяньби в Халхе, современной Монголии; китаизированных сённу/сюнну, которые к V в. растворяются в ханьцах (китайцах). Вооруженное вторжение на Японские острова с континента произошло в эпоху Кофун (III – VI вв. н. э.). В эту эпоху Япония вошла в протоисторическую эпоху, связанную с созданием раннего государства Ямато. В середине IV в. н. э. конные воины с севера, которых возглавил Мимаки – Ири – Бико, вторглись в Южную Корею, назвали завоеванную территорию Пэкче, пересекли мо-ре и высадились на севере японского острова Кюсю. В истории завоевания Японских островов в эпоху Кофун китайский компонент не прослеживается. Китайская культура проникала на Японский архипелаг мирным путём через корейцев, в ту эпоху китаизированных, а позднее – че-рез приглашаемых японскими правителями священников, ученых и специалистов Поднебесной. Можно предположить, что часть хунну в эпоху Кофун мигрировала на Японские острова.
Это подтверждают и исследования японских историков. Гипотеза о завоевании Хонсю народом- всадником археологически аргументируется японским исследователем Эгами Намио. В ранний курганный пери-од японская власть имела шаманский характер, а затем она приобрела черты воинственности североазиатского типа народов- всадников.
Кочевники завоевали Южную Корею и Японию, поэтому японская и континентальная культуры всадников идентичны. Во второй половине III в. продолжался процесс завоевания соседей. Правители Ямато подчинили местных глав земельных общин, учреждая на завоеванных землях свои владения (агата), переименовывая глав общин в “глав агата” (агата нуси). Термин «агата нуси» на языке саха буквально означает «отцовский род (ага уус)». Археологами выявлена прямая связь между порайонным распределением курганов и административными единицами “ага-та”.
Погребальный инвентарь позднего курганного периода Японии существенно отличался от раннекурганного. С V в. это типичное захоронение военачальника со всеми атрибутами. В этих курганах обнаружены железные латы, мечи, луки, наконечники стрел. Подобный инвентарь встречается в могильных курганах воинственных скотоводов на обширной территории от Японии до Венгрии.
Примечательно, что русское слово «курган», состоящее из двух частей – «кур» и «ган» – на языке саха буквально означает «место захоронения вождя, хана». Отечественный исследователь С. И. Вайнштейн писал: “Именно в IV-V в.н.э. в низовьях Янцзы, в горных долинах Кореи и на Японских островах, в разных точках азиатской ойкумены, на фресках, погребальной пластике и даже в виде диковинных сосудов появляются изображения всадников… Все они похожи друг на друга, но рез-ко отличаются от наездников предшествоваших эпох».
В японских курганах позднего периода появляются стеклянные сосуды, аналогичные персидским времен династии Сасанидов. В Афганистане во время археологических раскопок кургана Тилля-Тепе (на языке саха Тыннах Тёбё – живая голова) обнаружена корона с орнаментом, идентичным корейскому и японскому из захоронений V века. Японская летопись “Кодзики” сообщает, что у японцев того времени существовал обычай хоронить вождя вместе с его живыми спутниками. Это также соответствует обычаям азиатских скотоводов. Затем этот жестокий обычай был отменен и заменен глиняными изображениями – ха-нива. Ханива в миниатюре воспроизводили людей и реальные предметы: сёдла, сбрую, лошадей, животных – все, что сопровождало умершего в реальной жизни. С IV в. в Японии начинают появляться огромные на-сыпные курганы-могильники. Погребальный инвентарь идентичен тюркским курганам.
Народная японская религия синтоизм – “путь небесных божеств” – сохранилась в Японии по сей день. В основе ее лежит культ почитания предков. В ней чётко прослеживается связь древней религии японцев с религией кочевых народов Центральной Азии.
Китайские летописи “Вэйшу” и “Суйшу” дают основные сведения о религии древних тюрков. “Вэйшу” отмечает следующие обряды тюрков: “Вход в ставку хана с востока из благовения к стороне солнечного восхождения; ежегодно со всеми вельможами приносят жертву в пещере предков; в средней декаде пятой луны собирают прочих и при реке при-носят жертву духу неба; в 500 м. от Дугинь на западе есть высокая гора Бодынинли, что в переводе значит дух-покровитель страны”. Авторы китайских летописей отмечали, что в религии древних тюрков сочета-ются культ предков, культ солнца, культ неба.
У древних тюрков зафиксирован термин “кам”, “камлание”. В японском языке с эпохи Ямато слово «тэнси» означает “сын неба”, тэнно – “небесный государь”; в древнетюркском языке слово «тенгри» означает “бог неба”. Тюрко – японские параллели наблюдаются и в пережитках древних обычаев. Например, в обычае гадания японцев по трещинам на лопатках убитых жертвенных животных, оленей, которых держали над огнем. Этот вид гадания характерен для всех тюркских народов и в на-стоящее время. Данный обычай распространился на территории Японии вместе с появлением там степных племен с континента.
В качестве тотема у японцев, так же как и у тюркских народов, по-читалась сосна. Относительно “солнечных часов” – каменных кругов с менгирами археологи и искусствоведы склоняются к мысли, что это не характерные для Японии типы могильников. В тоже время таких могильников много в Сибири, Алтае и Монголии. “Лососёвые камни” Япо-нии также похожи на те, что находили в районе озера Байкал.
Н. Н. Лисовой писал: “Происхождение наскальных изображений Японии определенно связано с континентом – в частности сибирскими писаницами. Таковые наскальные изображения оленя чрезвычайно по-хожи на культовые, тотемные рисунки народов Сибири”.
В центре острова Хонсю, в префектуре Нагана, обнаружено святилище Увапара: 29 каменных столбов, собранных в три группы, образующих круг. В современной части круга находилось 10 каменных куч, под которым оказались ямы с углем. Это дает основание считать, что наряду с культом камней существовал и культ огня. Вера в возможность вызывать дождь или бурю путем заклинания камня существовала у всех тюркских народов. Культ камня отмечен у многих народов.
Наличие культа предков- женщин доказывается археологически их глиняными изображениями, обнаруженными не только в Японии, но и на огромной территории Азии.
Магия цвета проявилась в поверье, что красный цвет спасает от злых сил, болезней, бед и несчастий. Это наблюдается и у тюркских на-родов, где красный цвет оберегает от болезней, дурного глаза.
Раскопки курганов культуры Ямато свидетельствуют, что “японские скифы”, по определению Н. Н. Лисового, “имели утонченную куль-туру, которую характеризовали мастерство в изготовлении сверкающих доспехов, бронзового и железного оружия, конских сёдел и сбруй, сравнимых с аналогами степей Евразии”.
Причудливо изогнутые кровли японских храмов восходят к формам древних ханских шатров народов Центральной Азии.
На рисунке японской лаковой чашечки эпохи Нара, обнаруженной в сокровищнице Сёсин (конец VII в. – начало VIII в.н.э.) отчётливо видна решетка юрты, с внешней стороны покрытая циновками (обычай, сохранившийся у многих тюркских народов до сих пор). Это одно из лучших и отчётливых ранних изображений тюркского жилища.
Стоит отметить еще одну параллель – схожесть знамен тюрков и японцев. На наскальных рисунках, обнаруженных в Минусинской впадине, в Сулеке, изображены скачущие во весь опор всадники. Также на рисунках изображены флажки – это отличительные знаки воинов, которые сохранились до позднего средневековья. В шишкинских рисунках отчетливо изображен всадник с развернутым знаменем в руках. Знамена тюрков имели прямоугольную форму, иногда с двумя или тремя ответвлениями или узкий прямоугольник.
Знамена у тюркских народов имели огромное значение, они были талисманом, в котором обитал дух предков, покровитель племени, могущественная сила, от которой зависел военный успех и само существование народа. Знамя имело значение священного фетиша племенного или родового объединения, вокруг которого концентрировались все члены племени. Без знамени не могло быть хана. Основными цветами тюркских знамен были белый, черный, красный, зеленый, голубой.
Известно, что матерчатые флаги в Европу были занесены гуннами в IV-V вв. н.э. Флагов не было ни у римлян, ни у византийцев, ни у арабов – мусульман. Арабский географ Абу-Дулаф писал, что у тюрков то-гуз- огузов (на языке саха буквально означает выражение «девять быков» – тогус огус) знамена зеленого цвета.
Поскольку крестовые походы были в основном направлены против тюрков, защищавших ислам, зеленое знамя тюрков в священных войнах стало символом мусульманской веры.
По мнению К.Э. Босворта, “зарождение геральдики на Ближнем Востоке восходит к эпохе мамлюков”.
Японский кодекс чести самурая «Бусидо» («путь воина») имеет прямые аналогии с подобными этическими представлениями древних степных народов Центральной Азии. Идеология японского самурайского сословия отразилась в военных эпопеях на основе устных сказаний “По-весть о доме Тайра” и “Повесть о великом мире”. Исполнялись они странствующими слепыми сказителями, аккомпанировавшими себе на разновидности японской домбры (бива). Они напоминали тюркских странствующих исполнителей героических эпосов, прославлявших мужество, скромность, верность, приоритет долга над чувством.
И древние тюрки, и древние японцы вели постоянные войны с китайской империей. Несмотря на духовную агрессию Китая (буддизм, конфуцианство), тюрки и японцы имели собственную идеологическую систему, которую они отчётливо противопоставляли китайской. Синтоизм в III-IV вв. н.э. сформировал в Японии идейно- художественный комплекс. Он был доминирующим в эпоху складывания государства Ямато, сохранил свои позиции в период проникновения буддизма и до-шёл до наших дней.
Стоит отметить также простоту быта и его строгую функциональность у тюрков и японцев: отсутствие стульев, кроватей, мебели без лишней бытовой утвари, отсутствие стремления к роскоши, наличие женских ходуль у тюрков и японцев, обычая инициации и т.д.
Востоковед Н. Н. Лисин писал: “Искусные в войне и властные в политике японские скифы – всадники ямато в экономике оказались зависящими от земледельческих народов, что вызвало их слияние. Как и у всех конных народов, культура ямато отличалась военно- практическим характером».
Пришлые с континента народы обогатили японскую национальную культуру, достижения аборигенного населения островов. С этим связана своеобразная «многоэтажность» японской культуры, наличие в японском языке и в национальной слоговой азбуке кана заимствованной китайской иероглифики.
Через свои исторические корни, связанные с хуннами японцы связаны и с саха. По данным якутского генетика С.А.Фёдоровой гены хунну (сюнну) и саха идентичны. В связи с тем, что гены хунну не являются предковыми для саха, то можно сделать вывод, что именно саха являются предками хунну.

Оставить комментарий

Войти с помощью: