Skip to content

Внимание ! Мы в Одноклассниках

Самостоятельные фермеры – последняя опора и надежда России.

В.А. Кашин, д.э.н. (Москва).

14.03.2016 г.

По территории Россия пока остается крупнейшей страной в мире. Поэтому неудивительно, что на ней легко размещаются сразу две страны. Одна, это – Москва, она растет и хорошеет, другая – «остальная россия», она мельчает и нищает.

В Москве собралось уже более 12 миллионов человек, из них примерно четверть – пенсионеры. Поскольку последние не очень активны в плане прироста населения, то власти принимают меры сразу по двум направлениям: во-первых, завоз мигрантов, их уже около 3 миллионов, но есть заторы с их регистрацией, поэтому уже вводятся процедуры, ускоряющие их прием и укоренение (в последнем все внимание – передовому опыту интегрирования мигрантов в Германии).

Во-вторых, это территориальная экспансия Москвы (украинцы не зря беспокоятся!).  Уже есть с десяток небольших московских анклавов за кольцевой автодорогой, но Дмитрий Калита (Собиратель) решительно утроил московские пределы, подступив непосредственно к стенам древней Калуги. Вассальные мособластные владыки сразу пали ниц, калужане спешно укрепляют свои границы и жалобно смотрят на соседей – не поднимутся ли они на помощь Калуге.

Нет, не поднимутся, у нас теперь опять каждый – только за себя. Ну и в мыслях – тоже разброд. Тверяне, к примеру, поняв свою безысходность, решили обойтись малой кровью и сами запросились «под руку Москвы».

Москва пока раздумывает: Тверь – опасное направление, не напороться бы на встречный напор со стороны Питера, с Питером у нас сейчас не спорят. Да и прежде вольные города Новгород и Псков тоже могут выступить со своими передовыми дружинами.

Но есть значительно более перспективное направление – на Север. Мы бы рекомендовали внезапным ночным броском занять Ярославль. Преимущества такого блицкрига очевидны: выход в тыл сразу и Твери и Владимиро-Суздальской земли, перехват ключевой волжской водомагистрали, прямой контроль над центром православия – Троице-Сергиевской Лаврой.

И еще немаловажен и тот факт, что Москва сразу получает протяженность более, чем в полтысячи километров – пока, правда, только в одном измерении, по диагонали. И в Ярославле Москва уже имеет своего «железного рыцаря» – статую Ярослава Мудрого. Кстати, сейчас было бы и очень своевременно у стен Калуги установить памятник Дмитрию (Донскому) – или хотя бы Кутузову или маршалу Жукову.

Но, сразу отметим, в этой экспансии Москвы есть и серьезные оправдывающие мотивы. Есть такая наука – геополитика. И она, как известно, не терпит пустоты – это открыли еще германо-прусские ученые.

А у нас «остальная россия» пустеет и зарастает бурьяном. И соседи наши совсем не дремлют. В таких условиях промедление недопустимо, можно сказать – смерти подобно.

И все же мы рискнем предложить иную альтернативу. А не отдать ли пустующие земли народу? Давали, не берут – говорят российские власти.

Но вот Василий Мельниченко (свой, сибирский, совсем не лазутчик из прежде братской республики) говорит совсем иное: не только не дают, но и то, что есть, стараются всякими способами отнять. И вообще, по его мнению, главная задача российской власти – «обезлюдеть сельские территории».

А вы посмотрите, говорит он – «Ведь чем меньше там будет проживать людей, тем проще будет развивать добывающую промышленность. Не надо согласовывать бурение ни с кем, не надо согласовывать прокладку труб. Куда хочу, туда и кладу. А если посмотреть глубже, прямо в корень, то это – отличная ситуация для сдачи таких территорий в концессию международным синдикатам.

То есть чем меньше людей, тем лучше. Но есть и опасность: на землю без людей приходят люди без земли. И, так или иначе, эти территории заселят другие нации, другие народности. Такая может быть перспектива страны.

Мы переживаем, что китайцы приезжают работать, но это же государственная политика такая. Для меня будет высокий процент кредита… чтобы я на этой земле не работал, а китайское правительство для того, чтобы китайский крестьянин, рабочий, вообще любой житель переезжал в Россию работать, — выделяет немалые деньги. Под 1% кредит на 30 лет на закупку тракторов, машин, оборудования.

И поэтому мы слышим, что китайцы лучше нас работают. Хотя я не верю в это, я знаю, что я работаю все равно лучше. У меня есть земля, я готов произвести продукцию, у меня есть опыт, руки…

И еще знаете что  – я готов увеличить в четыре, в пять, в шесть раз производство. Я готов к тому, чтобы полностью мое село было обеспечено работой и работало. И я настаиваю: семейные фермы имеют такое же право на существование, как и крупные агрохолдинги.

Ведь что такое крупный холдинг? Это 100 миллиардов рублей взято в банке под низкий процент. Ушлые менеджеры, как они говорят, «эффективные», понаехали, скупили землю или взяли ее в аренду. Построили по датской технологии мощный свинокомплекс. Бесспорно, они имеют право на жизнь — но никакой пользы для окрестных сельских территорий от них нет. Ни работой людей не обеспечивают, ни налоговая база не увеличивается.

А если бы эти 100 миллиардов рублей были направлены на развитие небольших ферм, тогда можно было бы тысячу сел обеспечить работой. Мы, наверное, произвели бы столько же продукции, сколько этот комплекс производит. Я допускаю, что на 3 рубля или даже на 5 рублей этот наш  килограмм мяса был бы дороже.

Но россияне, наверное бы, предпочли есть мясо с этих малых ферм, потому что там — гарантия, что никаких анаболиков в мясе нет. Там мясо росло бы по биологическому циклу — за 180 дней выходила бы свинья. А мясо по датской технологии растет за 90 дней.

И вот еще самое главное: мы лишаем счастья, мы лишаем работы тысячи сел и деревень. Они обречены на исчезновение из-за этих агрохолдингов».

Наименование 1990 г. 2014 г. 2014 г. к 1990 г.

%%

Крупный рогатый скот, всего: 57 19,1 33,5%
из него:

Коровы

20,5 8,4 41,0%
Свиньи 38,3 19,4 50,7%
Овцы и козы 58,2 24,3 41,8%
Птица 660 м 518,5 78,6%

       Но даже если мы и не поверим В. Мельниченко, то вот наши статданные: по объемам производства многих видов продукции отрасли сельского хозяйства все еще не достигли уровня 1990 года. Ниже приведем

данные по поголовью скота (млн. голов)

Теперь покажем данные о динамике производства других видов сельхозпродукции.

Наименование продукции Ед.

измер.

1990 г. 2014 г. 2014 к 1990 г.

%%

Мясо в убойном весе млн. т 9,7 8,8 90,7%
Молоко млн. т 54,2 30,6 56,5%
Яйца млрд. шт. 47,9 41,3 86,2%
Зерно млн. т 116,7 103,8 88,9%
Картофель млн. т 35,9 31,1 86,6%
Овощи млн. т 11,2 15 133,9%
Льноволокно тыс. т 124 39 (2013 г) 31,5%
Шерсть тыс. т 225 55 (2012 г.) 24,4%

 При этом, если посевная площадь в стране в 1990 году составляла 117 млн. 705 тыс. га, то в 2013 году – 78 млн. 057 тыс. га, т. е. уменьшение посевной площади произошло на 39 млн. 648 тыс. га, т.е. на 33,7%.

       Далее покажем структуру импорта сельхозпродукции. Так в 2014 году было закуплено за рубежом продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья на сумму 39 млрд. 715 млн. долларов США. В том числе, мясо свежее и мороженое  –  452,5 тыс. т, картофель – 687,6 тыс. т, томаты свежие и охлажденные – 845,8 тыс. т, яблоки свежие – 1 млн. 039,7 тыс. т, пшеница и маслин – 396,9 тыс. т, рыба свежая и мороженая  – 764,3 тыс. т и многое другое –  лук, морковь, чеснок, капуста, семена практически всех культур и т.д.

      И, теперь, просто для сравнения, приведем данные о динамике, отражающей производство продукции сельского хозяйства на душу населения в некоторых зарубежных странах (в долларах США)

Годы РФ Беларусь Казахстан Монголия США Китай Бразилия
1990 629,4 420,2 624,6 102,4 425,5 91,1 268,4
2013 499,2 611,3 626,7 585 708 663,4 543,1

      Как видно, из всех вышеперечисленных стран только Россия благодаря реформам за прошедшие годы ухудшила свои результаты. Особенно впечатляют возросшие показатели в этой области Китая, Монголии и Белоруссии.

Но есть и другие показатели, на первый взгляд – совсем неплохие. Так, последние пятнадцать лет неослабного внимания властей к сельскому хозяйству дали свои результаты: сейчас молоком мы обеспечиваем свое потребление на 80%, свининой – на 60%, а мясом птицы – даже на 90%.[1]

Но тут оказывается вот какое обстоятельство. Как пишет В. Колерова, «мировой агробизнес контролируют единицы компаний, которые занимают вершину пирамиды мировой коммерческой зоогенетики. Эти компании вкладывают сотни миллионов долларов в разработку «прапрародительских образцов чистокровных животных – чтобы на их основе создавать гибриды и зарабатывать на их продаже уже миллиарды долларов».[2]

И в этой цепочке генетические чистые образцы (бридеры) – гибриды (кроссы) – конечный продукт предприятия РФ занимают место в самом ее конце. Они работают на выращивания примышленных гибридов, которые не воспроизводятся и идут только на разовое производство товарного материала.

 При этом по свиньям у нас была своя генетическая база – сейчас от нее мало, что осталось, и 95% продукции свиноводства производится от зарубежных генетических образцов.

В птицеводстве еще в 2003 году 54% российских птицефабрик работали на отечественных кроссах, сейчас – уже менее 15%. Три крупнейшие компании, американские Aviagen, Cobb-Vantress и голландская Hendrix Genetics контролируют до 95% мирового рынка бройлеров,

Индейководство практически полностью работает только с импортными кроссами. При этом особенно велика разница между ними в продуктивности. Так, российские кроссы индейки (которые разрабатывались у нас 50 лет), дают максимальный привес в 8 кг (самка) и 15-16 кг (самец), а английский кросс BIG6 достигает веса в 20 кг за 20 недель откормочного периода.

Основное поголовье на товарных молочных комплексах – импортные голштино-фризы, хотя у нас еще недавно разводилось до 20-15 отечественных пород мясного и молочного скота.

В чем опасности такого положения дел?

Во-первых, единообразие генетического материала резко увеличивает риски возникновения эпидемий – все поголовье может пасть в считанные часы. Во-вторых, постоянная зависимость от внешних поставщиков – и выплата им высоких роялти, фактически, дополнительного налога на реализацию продукции конечным потребителям.

В-третьих, это подавление отечественной генетической и племенной научно-исследовательской базы. Сейчас она еще есть – то, что осталось от советского периода, но она самоликвидируется прямо на наших глазах.

Правда, кое-что все же сейчас делается.  Правительством принято решение о выделение субсидий на строительство и модернизацию селекционно-генетических центров. Появились также совместные предприятия с иностранными компаниями, которые строят в стране репродукторы первого и второго порядка. Собираются заниматься генетикой и российские «молочники» – но это просто по необходимости, по имеющимся данным из завозимого в Россию крупного рогатого скота в первый же год погибает до 40 % его численности.

Но самым беспроигрышным вариантом, как считают специалисты, было бы создание самостоятельного российского генетического бизнеса. Все вложения окупились бы за 5-7 лет, но для этого нужна мобилизация усилий действующих российских племенных центров (либо их поддержка государством, либо их акционирование) и обеспечение стабильных налогово-финансовых условий на весь этот период.

И еще одно очень важное обстоятельство – вся эта зарубежная генетика связана с крупнейшими агрокомплексами, которые и конкурентно, и административным ресурсом вытесняют с рынка мелких товаропроизводителей. И эти комплексы привлекают массы наемных работников, нередко – и из числа мигрантов. И Россия, таким образом, наносит еще один удар по российскому фермерству.

Между тем, как показывает опыт развитых стран, важность сельского населения заключается не только, и не столько в обеспечении необходимых объемов товарной массы сельхозпродукции. К примеру, Франция и Италия давно могли бы прекратить производство вина – более выгодно сейчас завозить полные объемы винопродукции из Латинской Америки и Австралии; далее – одна Дания вполне в состоянии покрыть до половины потребностей всей Европы в молочных продуктах и в мясе свиней (при 5 млн. населения в этой стране производится в год 25 млн. племенных свиней), и т.д.

Однако все развитые страны стараются сохранить свое сельское население по двум основным причинам.

Первое, это – то, что на селе реально воспроизводится главный продукт общественного воспроизводства – само это населения. Второе – то, что в сельских, фермерских семьях вырастают поколения работающих и приученных к труду людей.  В городах же – масса бездетных вообще или однодетных семей, и в них вырастают люди, ни к чему не пригодные – ни для службы в армии, ни для реальной трудовой занятости (к примеру, в Испании и Греции до 50 % молодежи в возрасте до 25 лет не работают и не учатся – и это в подавляющей массе дети из городских семей), на даже для создания собственной семьи (до 30-40 лет они все еще «ищут себя», а потом им и детей рожать уже поздно).

Кроме того, есть и мотив обороноспособности: одно дело бомбить крупный город, и совсем другое – рассеянные по земледельческому региону мелкие поселения.

И, наконец, городское население довольно дорого обходится государству – в связи с необходимостью содержать объекты городской инфраструктуры, обеспечивать коммунальное обслуживание жилых помещений, поддерживать системы транспорта и связи, и т.д. На селе все эти вопросы решают сами местные жители и в основном за свой счет.

Немаловажно и то обстоятельство, что сельские жители вполне обходятся без помощи мигрантов – соответственно, чем больше их доля в данной стране, тем менее эту страну интересуют «выгоды» привлечения мигрантов.

Все эти моменты охватывают целую гамму национальных интересов (оборонных, экономических, финансовых, социальных, культурных, и т.д.), которые в наилучшей степени обеспечиваются сохранением сельского населения.

И вот факт специально для тех наших государственных чиновников, которые считает необходимым оказывать государственную помощь только крупным агрокомплексам – ввиду особой их «прогрессивности» и «высокой экономической эффективности»: иностранным партнером наших крупных свинокомплексов выступает голландский TOPIGS – один из крупнейших в мире поставщик свиной генетики. И что это такое? Оказывается, кооператив, объединяющий 1,8 тыс. свиноводов-фермеров.[3]

     И все же вопрос: спасут ли фермеры Россию? Может, и спасут, говорит В. Мельниченко, да кто им, болезным, даст!

Источник: сайт Московского экономического форума.

[1]  Бизнес-журнал, декабрь, 2015, с.2

[2] Там же, с. 16.

[3] Там же, с. 22.

Оставить комментарий

Войти с помощью: