Skip to content

АНОНС !!!

«Все думали, что наступило затишье» Вслед за омикроном в Россию проник «стелс-омикрон». Что теперь ждать от коронавируса?

Фото: Alexander Zemlianichenko Jr / AP

Несмотря на рост случаев коронавируса, в России практически не растет количество госпитализаций, что специалисты связывают со стремительным распространением омикрона. Но ему на смену в разных странах пришел еще более заразный и еще менее изученный вариант омикрон ВА.2, который прозвали «стелс-омикроном». Чем он может грозить России, «Лента.ру» спросила у доктора биологических наук, профессора Школы системной биологии Университета Джорджа Мейсона (Вирджиния, США) Анчи Барановой.

«Лента.ру»: В Европе и в Америке конкурируют между собой две линии омикрона — ВА.1 и ВА.2. Чем они отличаются друг от друга?

Анча Баранова

Анча Баранова

Баранова: Сегодня ВА.2 [омикрон-2] уже нашли практически во всех странах. Омикрон ВА.1 он пока еще не вытеснил, но заболеть им уже можно. Он появился и в России. По сообщению Роспотребнадзора, его обнаружили уже в 44 регионах.

По последним данным разведки, линия ВА.2 на 30-50 процентов более заразна, чем ВА.1. А вот течение у болезни точно такое же. С точки зрения лабораторной диагностики разница заключается в том, что по ПЦР-тесту ВА.2 нельзя отличить от уже почти позабытой дельты, а BA.1 — можно. Потому BA.2 иногда называют вариант «стелс».

Главный минус появления этой линии омикрона в том, что обновление вакцин сделано именно под ВА.1. В случае же ВА.2 это может оказаться менее эффективным. Линии омикронов отличаются друг от друга 20 мутациями — это много. То есть появление второй линии омикрона уменьшает возможности для обновленных вакцин победить пандемию.

И еще плохая новость: в Южной Африке ВА.2 тоже начал подниматься. Там прошла первая волна первого омикрона (ВА.1). Когда он схлынул, все порадовались — думали, что наступило затишье. А сейчас вдруг оказалось, что ВА.2, несмотря на огромное количество свежепереболевших, вполне способен там успешно распространяться

Получается, что люди могут болеть по кругу, непрерывно?

Теоретически — да. Не хотелось бы, но возможно.

Допустим, если люди будут болеть по кругу, можно ли гарантировать какой-то минимальный промежуток между болезнями? Или сегодня можно выздороветь от первого омикрона, а завтра уже подцепить второй?

Понимаете, все промежутки измеряются в среднем по популяции. А это как средняя температура в больнице. Но да, уже есть такие люди, которые болели дельтой или другим штаммом, а через месяц после отрицательного ПЦР заразились омикроном.

В среднем же по популяции иммунитет все-таки защищает, какое-то время на передышку после болезни у нас есть.

Если совсем грубо говорить, то вероятность заболеть омикроном в течение месяца после дельты, предположим, составляет два процента. В течение двух месяцев — уже пять процентов. И так далее. Но в какую группу процентов попадет конкретный человек — сказать нельзя

То есть заразиться на следующий день после выздоровления теоретически можно, но шанс небольшой. А чем больше времени проходит после перенесенной болезни, тем выше вероятность реинфекции.

От дельты или других штаммов антитела, полученные после омикрона, могут защитить?

Антитела — они очень конкретные ребята. Каждый клон антител связывает определенное место на поверхности S-белка коронавируса (шипа). У линий омикрона S-белки отличаются друг от друга, ну, скажем, как «Жигули» от «Волги». Но все же — обе машины легковые, с грузовиком их не перепутаешь. Представьте, что в случае, допустим, дельты на S-белке есть 25 мест, где могут в принципе зацепиться антитела. У одного человека они зацепились за три одних участка, у другого — за пять других. Если у омикрона конкретное место зацепа испорчено мутацией, то этим антителам уже больше зацепиться будет не за что. Из трех клонов антител два станут нерабочими, но третий-то останется! А у другого человека — три из пяти испорчены, а два остались. Пять работали на дельту, а на омикрон из них — только два.

Если вы провакцинировались, но никогда не болели, а потом переболели омикроном, ваши специфические антитела, которые раньше были у вас против стандартного вируса, очень сильно поднимаются. То есть омикрон служит как бы бустером.

В случае, если у вас был иммунитет не вакцинный, а натуральный, потому что вы ранее болели дельтой, альфой или уханьским коронавирусом, после омикрона у вас антитела тоже поднимутся, но не так сильно. То есть омикрон хорошо усиливает вакцинную защиту и меньше усиливает натуральный иммунитет. Вот такие данные к нам приходят из популяции переболевших — в частности, из Англии.

Фото: Vitaliy Timkiv / AP

Некоторые ученые не исключают, что омикрон ВА.2 чаще заражает уже переболевших, особенно штаммом ВА.1. Есть по этому поводу научные данные?

Я пока этого не вижу. Просто думаю, что у нас есть люди с более слабым и более сильным иммунитетом. Возможно, переболевшие ВА.1 с самого начала были более подвержены коронавирусным инфекциям.

Тяжесть заболевания зависит от того, сколько вирусных частиц человек поймает при заражении. А если члены семьи болеют в одно время, но с разной интенсивностью, могут ли они друг друга «подпитывать» вирусами?

Ну, это вряд ли. Вирусы, прилетающие снаружи, будут в меньшинстве по сравнению с вирусами, образующимися внутри. Плюс у этих людей в процессе заболевания формируется иммунитет, помогающий как внутренние вирусы вытеснять, так и от внешних отбиваться.

Почему дети сейчас легче заражаются?

Потому что омикрон научился заходить в клетки напрямую, без того, чтобы задействовать клеточную протеазу TMPRSS2. Этой протеазы много у взрослых, а у детей очень мало. Поэтому раньше дети были более защищенными: коронавирус нуждался в протеазе, чтобы проникнуть в клетки. Для него дети были трудной добычей. Омикрон же научился справляться сам, без участия TMPRSS2. Поэтому для этого штамма дети так же привлекательны, как и взрослые. А поскольку большинство детей не вакцинированы, то теперь представляют для коронавируса легкую добычу.

Фото: Pavel Golovkin / AP

Как вы относитесь к тому, что на фоне омикронных волн многие страны отменяют ковидные ограничения: QR-коды для посещения общественных мест, карантин и прочие?

Ну как? Мера-то вынужденная. Люди устали, потому и отменяют. Это я про локдауны. А что касается QR-кодов, так они никогда не были направлены на снижение передачи вируса. Это было просто средство давления на невакцинированных, чтобы они все же пошли и привились.

Китайские ученые обнаружили в Южной Африке новую разновидность коронавируса — NeoCoV. Откуда он взялся и стоит ли его бояться?

Практически во всех странах регулярно проводятся эпидемиологические обзоры не только у людей, но и у животных. Этим занимаются биологи, они ездят в самые разнообразные места, собирают там образцы.

Летучих мышей много, я сейчас точно не скажу, но примерно 1200-1500 видов. У них так устроен организм, что они являются носителями огромного разнообразия вирусов, которые мышам почти не вредят, и далеко не все из этих мышиных вирусов изучены. Причем многие вирусы пострашнее нашего коронавируса. Биологи давно изучают летучих мышей именно из-за этого. Но раньше, когда ученые открывали какой-то новый вирус у летучих мышей, то писали обычную проходную статью. Такого ажиотажа, как сейчас, это не вызывало. А теперь всем вдруг стало про мышей и вирусы интересно.

Фото: Cindy Liu / Reuters

Что беспокоит в этом вирусе NeoCoV? Он принадлежит к тому же семейству, что и SARS-CoV-2 и MERS-CoV (вирус, спровоцировавший вспышку ближневосточного респираторного синдрома — прим. «Ленты.ру») и, судя по всему, может взаимодействовать с рецепторами человека. Насколько сиквенс обнаруженного вируса совпадает с MERS-CoV, я сама не изучала, поэтому в данный момент верю тому, что указано в работе: они похожи.

Напомню, что MERS — довольно опасная бяка. Его вспышка была в 2010 году в странах Ближнего Востока. Он пришел к нам тоже от летучих мышей, канал передачи — верблюды. Зафиксировано не более 2000 случаев, летальность при этом составляла 10 процентов. Но тот вирус быстро «уснул», почему — мы пока не понимаем. Однако ясно, что MERS никуда не исчез. В крови людей, контактирующих с верблюдами, встречаются антитела к нему. Значит, они время от времени болеют.

В свете этого я бы не сказала, что NeoCoV представляет какую-то дополнительную опасность, которая раньше отсутствовала. Вокруг нас много пакостей. Мы их не замечаем часто, но биологи про эти опасности говорят давно. Надо за ними следить, мониторить, выделять деньги на экспедиции.

Однако сейчас было бы правильно в первую очередь проследить за тем, как себя ведет в природных очагах наш SARS-CoV-2, какие популяции животных уже содержат этот вирус, как он у них мутирует и стоит ли ждать сюрпризов. Например, омикрон научился заражать грызунов. В Северной Америке SARS-CoV-2 нашли у оленей. Это вообще-то сногсшибательная новость, потому что человек и олени очень далеки друг от друга. Формируются природные изоляты вирусов.

От мышей не скроешься. А это значит, что нам надо за ними следить, наладить обзоры, примерно как на чумных станциях. Пора начинать этим заниматься.

Оставить комментарий

Войти с помощью: