Skip to content

АНОНС

Открылся   YouTube канал Тубсааны 

СТРАНЫ, КОТОРЫЕ ОКАЗАЛИСЬ В КИТАЙСКОМ ЭТНИЧЕСКОМ КАПКАНЕ (УРОКИ ДЛЯ НАС).

Н.С.Кадирниязов, к.ф.н. (Республика Казахстан).
6 января 2020 года.”

Хуацяо – это китайские граждане, постоянно проживающие за границей и имеющие на это проживание законные права.
По китайским оценкам, за 30 лет после начала политики реформ и открытости, число китайцев эмигрировавших за границу, превысило 10 миллионов 300 тысяч, а по подсчетам американских экспертов – более 18 миллионов китайцев стали гражданами других стран.
Несомненно одно – численность китайской диаспоры за пределами Китая постоянно увеличивается и по подсчетам китайских властей за 2008 год – количество этнических китайцев за рубежом превысило 48 миллионов человек.
Согласно данным от 2011 года – в Индонезии свыше 8 миллионов этнических китайцев являются гражданами данной страны, в Таиланде – свыше 7,5 миллионов, в Малайзии – свыше 6,5 миллионов, в Сингапуре – 2,8 миллиона, в США – 4,1 миллиона, в Канаде – 1,5 миллиона, в Филиппинах – 1,2 миллиона, в Мьянме – около 1 миллиона китайцев. Это только те страны, где китайцев свыше миллиона.
Политика Пекина по собиранию разбросанных по всему миру очагов китайской диаспоры в единую (если необходимо – военную) «бамбуковую сеть», работающую на «возрождение величия Китая», стала необходимым элементом, без которого было бы невозможно Китайское экономическое чудо.
Одним из главных специфических особенностей китайской диаспоры является возможность использования в интересах Китая экономического и политического влияния зарубежных китайцев в странах их постоянного проживания.
Согласно данным австралийского исследовательского института в начале 2000 годов «валовый транснациональный продукт» зарубежных китайцев составили свыше 400 млрд. долларов и 46 % доли приходится на страны Юго-восточной Азии (ЮВА).
Это показывает особенно сильную позицию китайцев в странах ЮВА, куда и направлен основной вектор китайской экспансии. Китайская диаспора контролирует большую часть капитала стран региона (не считая земли) и розничных продаж и являются основными держателями акции в их экономике.
Например, в 200-миллионной мусульманской ИНДОНЕЗИИ составляющие 3,5% населения китайцы контролировали приблизительно 73% капиталов листинговых компаний страны, 68% из 300 наиболее крупных конгломератов, 9 из 10 крупнейших финансово-промышленных групп. Они контролируют 75% активов 300 крупнейших компаний страны, и их доля в уставном капитале превысила 80%.
В МАЛАЙЗИИ китайцы (приблизительно 29% населения) контролируют до 61% капитала малазийских компаний, где китайцы составляют 2/3 управляющих и менеджеров в стране.
На ФИЛИППИНАХ китайцы (около 1% населения) контролируют 60% акций, котирующихся на бирже, примерно 35% объема продаж торговых предприятий, руководят 67-ю из 100 крупнейших фирм.
В ТАИЛАНДЕ (11% населения) китайцы контролируют 81% капитала листинговых компаний. В Сингапуре, где китайский этнос является преобладающим (90%), они контролируют всю экономику. Кстати, наш первый президент Н.Назарбаев всегда ставит в пример Сингапурскую правящую элиту (Ли Куан Ю), которые давно потеряли контроль над своей экономикой, передав их в руки китайского этноса.
Существенные экономические позиции этнические китайцы имеют в Австралии, Бирме, Лаосе, Шри-Ланке и Вьетнаме.
По данным журнала «Форбс», в 2010 году состояние 124 миллиардеров из числа китайской диаспоры только в пяти странах ЮВА достигало 152 млрд. долларов.
Степень влияния китайской диаспоры на социально-экономическую ситуацию в странах ЮВА такова, что согласованные действия ее представителей способны существенно влиять на внутриполитическую стабильность. КИТАЙСКИЙ БИЗНЕС ЭФФЕКТИВНО ИСПОЛЬЗУЕТ ФИНАНСОВЫЕ РЕСУРСЫ И В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СФЕРЕ, ПОДДЕРЖИВАЯ МЕСТНЫЕ ВЛАСТНЫЕ ГРУППИРОВКИ.
Крупный бизнес китайской диаспоры прибегает к более эффективному приему – симбиозу с местными властными группировками, способными оградить их от проявлений недружелюбия со стороны местного населения.
Например в Таиланде, где китайцы составляют 10% населения, владея 60% банков и торговых компаний страны, китайский бизнес находится в очень тесных и небескорыстных отношениях с правящей верхушкой. Даже в США китайская диаспора не только способствуют приобретению американских компаний фондами из КНР, но и активно лоббируют интересы КНР во властных структурах США.
Но главная функция, которую выполняет зарубежная китайская диаспора, с одной стороны, стимулирование экспорта китайской рабочей силы, а с другой – создание условий для реализации доктрины (Дэн Сяопин) «выхода Китая за пределы», когда китайская диаспора в виде китайских землячеств – среднего и крупного бизнеса создается в целях усиления позиций Китая в экономике той или иной страны.
Среди стран ЮВА стоит особо выделить Австралию, который (как Казахстан) имеет большую территорию, но малочисленное население – всего 25,7 миллиона на 7,7 кв.км. Также надо акцентировать то обстоятельство, что многомиллионная китайская диаспора в этой стране образовалась сравнительно недавно, лет так за двадцать с лишним, благодаря политике открытых дверей для дешевой рабочей силы. По последним данным в Австралии свыше 1,5 миллиона китайцев являются гражданами этой страны и около миллиона двести тысяч проживают (трудятся) на законных основаниях. Каждый год численность китайцев растет на 200 000 человек или 70% от всех переезжающих для постоянного жительства из других стран. Австралийские хуацяо уже являются второй по численности диаспорой после англичан.
Здесь стоит особо отметить тот факт, что китайцы относятся к нациям, которые практически не ассимилируется с коренным населением в проживающей стране.
Австралийские власть имущие, гоняясь за экономическими показателями, недавно передали в управление китайцам на 99 лет глубоководный, стратегически важный объект страны – порт Дарвина – один из крупнейших в Австралии – расположенный на севере континента и который позиционируется как «ворота в Азию». Этот контракт был подписан несмотря на контрмеры США, морская военная база которых базируется в этом порту. Это происходит в стране, где очень сильны властные позиции белой англосакской расы, с его шовинистскими наклонностями ко всему узкому.
Наглядным уроком для нас может служить островное государство Шри-Ланка, с 20-ти миллионным населением, где коррумпированный семейный клан Раджапаксов уже много лет правит страной (Готобайя – президент, его брат Махинда – премьер-министр, брат Бэзил – министр финансов, младший брат Чамаль – спикер парламента страны, еще двое в депутатском кресле). Здесь особенно красноречива судьба аэропорта Хабантота, который строился китайскими рабочими, на китайские деньги в кредит. Из-за непомерных долгов перед Пекином президент Готобайя был вынужден отдать аэропорт Хабантота китайцам. Президент также был вынужден уступить китайцам в аренду морской порт Хамбонтота, в связи с обещанием Китая списать 1,1 млрд из долга Шри-Ланки.
Для дальнейшего укрепления позиций Китай подталкивает свои компании напрямую покупать стратегические порты там, где это возможно.
Средиземноморскому порту Пирей, который китайская компания купила в прошлом году за 436 млн долларов у страдающей от нехватки денег Греции, отводится роль «головы дракона» в Европе.
Аналогичным образом, ссудив миллиарды долларов увязшему в долгах государству Джибути, Китай в этом году основал в этой крохотной, но стратегически важной стране свою первую военную базу за рубежом. У попавшей в ловушку долгового кризиса Джибути не было иного выбора, кроме как сдать свои земли в аренду Китаю за $20 млн в год.
Еще целый ряд стран – от Аргентины до Намибии и Лаоса – попали в китайскую долговую ловушку, что вынудило их принимать мучительные решения ради предотвращения дефолта. Огромный долг Кении грозит сейчас превратить оживленный порт Момбаса (а это ворота в Восточную Африку) в очередную Хамбантоту.
Показательным является «опыт» Зимбабве, где долговая дружба с Китаем его бессменного лидера Роберта Мугабе, привело страну к экономическому хаосу – гиперинфляции, с последующим вводом юаня, как национальную валюту страны.
ВЫВОД. Все эти примеры должны стать ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕМ для нас, особенно казахским Власть имущим, которые за 28 лет независимости слишком увлеклись китайской игрой «стратегического партнерства «Один пояс, один путь»», продали (и продают) нефте-газоносные месторождения китайцам, переносят заводы (51 завод) в Казахстан, с его рабочей силой, толкает страну в китайскую (12 млрд долл – гос долг перед Китаем (2019г)) долговую яму, все больше погружая страну в (пока) экономическую зависимость перед Поднебесной.
Даже международный финансовый центр «Астана», который с помпой открыли в 2018 году, является своеобразной торговой площадкой по распродаже ценных бумаг (долговых расписок) государственных (читайте – народных) высокорентабельных активов, где главным биржевым игроком по покупке ценных бумаг является Китай, с 25% долей (40 млрд долл.) в МФЦА.

P.S. Главная и истинная аксиома заключается в том, что у Китая нет (и не может быть) друзей среди стран мира, есть только его стратегические интересы, нацеленные на воплощение идеи Срединной империи, где другим странам отводится роль «подносчика чая». Как говорят китайцы «Великие битвы – выигрываются без боя».
Государства, попавшие в долговую зависимость от Китая, рискуют потерять не только самые ценные природные активы, но даже свой суверенитет. Мы должны это знать и записать в национальный генетический код, как говорится: «Кто информирован, тот вооружен»!
«Под бархатными перчатками нового имперского гиганта прячется железный кулак, который обладает достаточной силой, чтобы выжать все соки из малых стран», – Брахма Челлани – профессор Центра политических исследовании в Нью-Дели.
«Любой договор – это всего лишь клочок бумаги», – Мао Цзэдун – китайский государственный и политический деятель.

Источник: социальная сеть «Фейсбук». Блог Н.Амрекулова.

Оставить комментарий

Войти с помощью: