Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

Риски культурной глобализации через призму семиотики культуры.

Елизавета Громогласова, к.полит.н., ведущий научный сотрудник Института Латинской Америки РАН, эксперт РСМД (Москва).
30.07.2019 г.

Культура — значимый и сложный фактор современного мирового развития. Она, в отличие от идеологии, еще не так давно доминировавшей в международных отношениях, — фундаментальная составляющая в жизни человека как на уровне отдельной личности, так и общества в целом. Если идеология как интеллектуальный продукт и система определенных взглядов и ценностей задает цели и вектор общественного движения, то культура рождается и развивается не только в ходе работы мысли, но и в результате эмоционального, духовного, эстетического и просто материально-физического взаимодействия человека с окружающей его реальностью. Многогранный опыт, формирующийся из этого взаимодействия, его передача и обогащение каждым новым поколением — это и есть культура.
Онтологический и универсальный характер культуры сопряжен с рядом сложностей как для тех, кто стремится изучать ее с помощью научных методов, так и для тех, кто содействует процветанию культурной сферы на практике. Такие науки, как культурология, культурная антропология, философия культуры, цель которых — выработка целостного, теоретически обоснованного представления о культуре, часто оказываются беспомощны (слишком абстрактными), когда требуются практические рекомендации, и идет поиск наиболее оптимальных ответов на вызовы, возникающие в культурной сфере. Науки, ориентированные на практику — политология, экономика, теория международных отношений — традиционно уделяют культуре второстепенное внимание, что не соответствует наблюдаемой повсеместно тенденции роста ее влияния и должно быть преодолено. Для специалистов практиков, вовлеченных в выработку, исполнение и надзор за государственной политикой в области культуры, такие характеристики предмета их ведения, как всепроникающая тотальность и постоянная изменчивость, равным образом являются сложным вызовом. Ведь принимаемые и исполняемые ими решения должны быть эффективны, своевременны и сообразны ключевым тенденциям времени. Анализ этих тенденций в сфере культуры и выработка оптимальной реакции на них представляют интерес для науки и практики.
Один из современных подходов, позволяющий разносторонне проанализировать те процессы, которые характеризуют развитие культуры, представляет собой взгляд на нее как на систему знаков (семиотика культуры), с помощью которых человек выражает свою идентичность и чувство принадлежности к различным общностям, а также вступает в коммуникацию с другими людьми. Подход к культуре как к «знаковой реальности», несмотря на кажущуюся сложность, может быть достаточно продуктивным с точки зрения прикладного анализа. И неважно, идет ли речь о внутренней политике в области культуры или об укреплении культурных связей с зарубежными странами. Семиотический подход позволяет увидеть общий характер культурных проблем и не замыкаться на частностях. Говоря о культуре с семиотических позиций и особенно о той ее части, которая сегодня объединяет все человечество и которую по праву называют глобальной культурой, нельзя обойтись без термина «цивилизация». Современная человеческая цивилизация — это цивилизация больших городов-мегаполисов. И по прогнозам некоторых экспертов, степень урбанизации современного мира будет только нарастать.
Современная глобальная культура — это культура городская, и она характеризуется «вавилонским смешением» разнообразнейших традиций, культурных знаков и символов. Ведь практически в каждом крупном городе мира можно обнаружить присутствие самых разных национальных и этнических культур. Оно проявляется и в одежде прохожих, и в общественном питании, и в музыке, и в архитектуре. У такого разнообразия и видимой толерантности современной глобальной культуры есть и обратная сторона. Чтобы ее обозначить, уместно привести яркую метафору, автором которой является французский мыслитель и семиотик культуры Ж. Бодрийяр. В одной из своих работ он определяет Нью-Йорк, один из крупнейших центров современной глобальной культуры, как «антиковчег» [1].
Действительно, мегаполисы представляют собой целый универсум и являются общим домом для людей разных рас, национальностей, этносов, религиозных убеждений. Глобализация в сфере культуры повышает ценность нюансов и отличий, создает спрос на них, и локальные культурные традиции становятся товаром на полке мирового «культурного супермаркета» [2]. Процессы «глокализации», в которых проявляется «локальный аспект глобального и глобальный нюанс локального» [3], полностью соответствуют логике «общества потребления».
Однако в современной культуре зачастую визуальный знаковый образ имеет гораздо большее значение, нежели то, что он означает. Например, логотип «Найк» важнее самой реальности (спортивная одежда и обувь), на которую он указывает. В результате столкновения с «обществом потребления» могут тускнеть, терять свою силу и те жизненные смыслы, которые давали людям богатые и древние культурные традиции. Например, использование в глобальной индустрии моды русских мотивов [4], что является ярким примером глокализации, еще не позволяет говорить об устойчивом характере российского культурного влияния. Конкуренция самых разных культурных традиций не несет в себе объединительного начала. Центры современной цивилизации — это своего рода «антиковчеги», в которых все разъединены. А культура, которая еще не в столь далеком прошлом придавала смысл индивидуальной, семейной и социальной жизни, в крупных мегаполисах современного мира начинает функционировать как ничего не определяющий, не отсылающий ни к какой традиции, пустой знак.
Современный стиль жизни воспитывает в людях толерантность и лояльность к различным, часто противоположным по своим ценностным принципам, культурно-знаковым системам. В то же время лояльность означает и безразличие и, что особенно важно, ослабление институтов взаимопомощи и поддержки, на которые испокон веков опирались люди разных культур. Так рождался опыт межкультурного взаимодействия и диалога. Вызов состоит в том, что в настоящее время он часто заменяется отстраненностью и отсутствием живого общения. Итак, если согласиться с тем, что проблемы, возникающие в культурной сфере, связаны с размыванием традиционных интегративных функций культуры, то главный вопрос для практической политики выглядит так: какие меры, инструменты и стратегии можно противопоставить данным негативным тенденциям? И как с помощью культурной политики уберечь людей от современного глобального «антиковчега»?
Сила малых проектов в сфере культуры
Эти проблемы часто остаются в тени, вне «фокуса» государственных культурных мер. Ведь для практиков культура — это область, которая четко структурирована. Но в действительности объектом госполитики является лишь небольшая часть культурного «айсберга». Не все культурные процессы поддаются регулированию, многие из них развиваются помимо воли политиков. Одним из таких процессов является культурная диффузия, то есть распространение обычаев, социальных практик, верований и других особенностей какой-либо одной культуры среди представителей других культур. В качестве примера можно привести постепенное распространение в России обычая отмечать такие праздники, как Хеллоуин, День святого Валентина, День святого Патрика и т.п. Частным случаем культурной диффузии является и процесс языковых заимствований. В русском языке он идет очень активно и выражается в распространении таких новых слов, как «фолловер», «фейк», «лайфхак» и др. Процессы культурной диффузии, а также «консьюмеризация» культуры представляют собой сложный вызов для российской культурной политики.
Поэтому требуются комплексные, продуманные и инновационные подходы и стратегии. Одной из рекомендаций могла бы стать концепция многоуровневой политики в сфере культуры. Фактически многоуровневый подход лег в основу российского нацпроекта «Культура», реализация которого началась в этом году. В рамках нацпроекта осуществляются инициативы на разных управленческих «этажах» (локальном, муниципальном, региональном и федеральном). В то же время, актуальной задачей на сегодняшний день остается поддержка в реализации данного нацпроекта со стороны акторов муниципального уровня — музеев, библиотек и других учреждений культуры.
Многоуровневая политика при условии своей полной реализации на практике расширила бы возможности для запуска различных форм сетевой кооперации государственных и негосударственных акторов (деятелей культуры, НПО, гражданских активистов, блогеров). Кроме того, многоуровневая культурная политика позволила бы уделить больше внимания уязвимым группам (безработным, пенсионерам, женщинам, детям, мигрантам), для которых наличие не только материальных, но и нематериальных видов поддержки (в том числе и культурной), жизненно необходимо. Часто большие культурные проекты не доходят до них. Они могут не посещать выставок, концертных залов. Их трудно втянуть в культурную жизнь. Именно поэтому так важны небольшие, локальные культурные инициативы. Здесь может сработать «сила примера», ведь ценность культуры нагляднее всего проявляется в повседневной жизни. Местные культурные инициативы позволяют «достучаться» до людей, которым культурное вовлечение может помочь преодолеть отчуждение и вновь обрести смысл жизни.
Именно поэтому важно, чтобы государственная политика в сфере культуры носила сетевой характер. Небольшие культурные инициативы и проекты, реализуемые в рамках кооперации муниципалитетов, районов, творческих объединений, отдельных групп энтузиастов должны быть неотъемлемой частью государственной политики в сфере культуры. В целом же, многоуровневый характер культурной политики не должен приводить к ее фрагментации, а напротив укреплять ее последовательный и системный характер.
Образ и слово в культурной дипломатии России
В настоящее время государственные программы в сфере культуры отнюдь не играют второстепенную роль. Это важная составляющая российской политики как внутренней, так и внешней. Если рассматривать внешнюю политику, то культурная дипломатия России нацелена на продвижение за рубежом ее национальных ценностей и интересов. В то же время очевидно, что негативные тенденции, связанные с демонизацией образа России в глобальной информационной среде, будут только усиливаться. Этому необходимо противодействовать не только с помощью внешней информационной политики, но и культурной дипломатии.
Россия обладает богатым культурным наследием и достижениями в самых разных областях. Это музыка, живопись, литература, архитектура, сценические виды искусства, народное творчество. Естественно, Россия ассоциируется с теми именами, носители которых создали в этих сферах великие произведения. Российская/русская культура сегодня — часть мировой культуры. Она активно обращается в глобальном калейдоскопе имен, брендов, знаков, артефактов и произведений искусства. Российские имена, будь то Ю. Гагарин, Ф. Достоевский, Л. Толстой, хорошо представлены на глобальном культурном рынке, и, продвигая их, Россия принимает активное участие в знаково-культурной конкуренции.
Но это не исключает и более «тонкой настройки» культурной дипломатии России. В идеале она должна формировать ожидания, надежды, устремления, типы поведения и образ жизни людей в зарубежных странах. Так, в свое время американские ценности и образ жизни оказались привлекательны для людей во всем мире, потому что они утверждали, что человек может всего достичь своим трудом, «сделать себя сам». Важно ответить на вопросы: какой «заряд» такого плана, адресованный каждому человеку, может дать русская культура, и какую оригинальную мечту или идею может дать миру современная Россия? Ответы на них и будут составлять суть ее культурной дипломатии. Одним из возможных вариантов ответа может быть представление о российской/русской культуре как одной из «культурных гаваней» в современном мире. Ведь в действительности это та культура, которая согревает, вызывает эмоциональный отклик в сердцах и тем самым противоположна отстраненности глобальной потребительской культуры.
В настоящее время российская культурная дипломатия сфокусирована на государствах СНГ. Ее основные тематические направления — продвижение русского языка, поддержка и содействие расширению русскоязычных сообществ и повышение интереса к русскому языку и русской культуре. Необходимо подчеркнуть, что работа по этим тематическим направлениям имеет не только культурную ценность, но и является значимой с точки зрения гуманитарной безопасности и ее обеспечения на постсоветском пространстве. Защита прав соотечественников (в том числе языковых, культурных, образовательных) — одно из важнейших направлений внешней политики России.
В то же время повышается актуальность расширения географического охвата российской культурной дипломатии. На сегодняшний день у России раскинута масштабная сеть государственных и общественных институтов русского языка, науки и культуры в странах дальнего зарубежья (69 российских центров науки и культуры в государствах Азии, Европы, Америки, Африки). Значимую роль в реализации совместных культурных программ играет такое ведомство, как Россотрудничество, в состав которого входят российские центры науки и культуры. Россотрудничество содействует международному развитию, укрепляет позиции русского языка, образования и науки, занимается продвижением русской культуры, общественной дипломатией, поддержкой соотечественников за рубежом, сохранением историко-мемориального наследия, развитием международных связей субъектов РФ.
В рамках деятельности по продвижению русской культуры в мире это ведомство реализует следующие проекты: «Наши в космосе», «День семьи, любви и верности», «День Победы», «День России», «Посольство мастерства», «#почитаемпушкина» и другие. Несмотря на тематическую разноплановость проектов, создается впечатление, что Россотрудничество в качестве главной цели своей культурной повестки ставит знакомство иностранной аудитории с российской культурой, а не раскрытие ее актуального значения и привлекательности. По визуальному содержанию сайта организации можно судить о том, что русская культура подается как своеобразный «сувенир» (часто на фотографиях видны балалайки, матрешки, народные костюмы), словно она не дает ответов на современные вызовы. От подобной модели нужно отходить. Необходимо уделять больше внимания «институтам-интерпретаторам» русской культуры: НПО, СМИ, гражданским активистам, деятелям блогосферы и лидерам общественного мнения. Каждый проект должен реализовываться в сотрудничестве с локальными партнерами. В эту деятельность нужно активно вовлекать и российское гражданское общество. Важно также обеспечивать большую видимость (publicity) культурным обменам, акциям, программам, осуществляемым по линии межкультурного диалога.
Итак, у культурной стратегии России за рубежом могут быть два взаимодополняющих компонента: 1) продвижение российских культурных «знаков» на глобальном культурном рынке; 2) наполнение их отличным от современной потребительской культуры смыслом. Второй компонент культурной стратегии может реализовываться через создание сообществ, поддержку традиционных культур и институтов в государствах-партнерах через запуск транснациональной дискуссии о том, что могло бы стать «культурной гаванью», «спасательным кругом» для людей в эпоху глобализации, и через поддержку проектов, направленных на укрепление интегративных функций культуры.
Через институты, продвигающие российскую культуру, может оказываться помощь и поддержка. И это уже работа, связанная с формированием сетей, коалиций, дискуссионных площадок, с реализацией партнерских программ, с общественным обсуждением и интеллектуальным вкладом в него. Культурное внедрение за рубежом в данном случае будет более «точечным», распространяющимся через «фокус-группы» и сообщества единомышленников. Эффект от такой работы может быть более долгосрочным и устойчивым, не зависящим от антироссийских кампаний и настроений в глобальных СМИ. Культура — это «мост», благодаря которому налаживается взаимопонимание в международных отношениях. Целью культурной дипломатии может быть сохранение культурного многообразия современного мира. И с этой точки зрения вклад России весьма значим. Россия может поделиться своим опытом и представить свои культурные достижения именно с этих гуманистических позиций.

1. Бодрийяр Ж. Америка. СПб: Владимир Даль. 2000. 217 с.
2. Mathews G. Global culture/individual identity: searching for home in the cultural supermarket: L., NY. Routledge. 2000. 228 p.
3. Захарова Н.А. Мировая женская мода и культура йоруба // Вестник Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Серия Гуманитарные науки. 2017. № 1 (39). С. 35-38.
4. В 2009 г. дом моды ‘Chanel’ в своей осенней коллекции использовал кокошники, а 2015 г. дизайнеры ‘Valentino’ представили в своей весенней коллекции образы, вдохновленные русскими народными узорами и картинами М.Шагала.

Источник: сайт РСМД.

Оставить комментарий

Войти с помощью: