Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

Аномальное лето-2019: корень зла в самом человечестве? Природных катаклизмов будет с каждым годом все больше и больше, но ученые окончательно не установили почему.

Мария Безчастная.
30.07.2019 г.

В Сибири — пожары и наводнения, на Русской равнине — осенний холод, в Париже — 40 градусов жары. Частота погодных аномалий растет во всем мире. В России до 2000 года в среднем таких случаев было 150−200 в год, а сейчас — более 400. В климатологии господствует теория антропогенного воздействия на климат, но не все с ней согласны. Президент Трамп, например, не собирается соблюдать Парижское соглашение по климату, поскольку полной уверенности в антропогенной природе климатических изменений нет.
ДРУГАЯ ЭПОХА, ДРУГОЙ КЛИМАТ
В последнее время прогноз погоды в России, да и в мире вызывает все больше удивления. В Москве, кажется, уже закончилось лето, хотя на календаре еще даже не август. Прогнозы синоптиков всех ведущих центров — Гисметео, Фобос и Гидрометцентра — обещают, что в столицу придет арктический холод. Днем воздух будет прогреваться максимум до 15 градусов, ночью возможно похолодание и до плюс пяти. Уже в понедельник столбик термометра показывал +17, а прогноз погоды от Гисметео на среду, 31 июля действительно обещает неутешительные +14 днем и +9 ночью.
По прогнозам синоптиков, летняя погода вернется не раньше выходных — тогда воздух прогреется до 20 градусов, да и то следующая неделя будет облачной.
Пока жители столицы и всей Русской равнины ждут, когда в Москву вернется тепло, соседняя Европа страдает от жары. Прогноз погоды во Франции бьет все возможные рекорды, температура подскакивает до +40, а строители даже прекратили ремонт сгоревшего Собора Парижской богоматери, так как из-за жары каменная кладка может потрескаться и потерять прочность.
Территория Россия за Уралом, тем временем, страдает от наводнений и страшных пожаров, которые продолжаются уже месяц. С конца июня в Иркутской области идут сильные паводки. Один из сильнейших ударов принял на себя город Тулун. За это время из-за разгулявшейся стихии 25 человек погибли, более десяти пропали без вести. Вчера за ночь в Иркутской области было эвакуировано 1076 человек, в том числе 615 детей. Вода затопила около 11 тыс. домов в 109 населенных пунктах. 3,5 тыс. из них восстановлению не подлежит.
По прогнозам синоптиков Гидрометцентра, в августе наводнение грозит Хабаровску, сейчас тонет Амурская область, где объявлен режим ЧС. Сотни домов ушли под воду, особенно в Мазановском и Селемджинском районах. Уровень реки Амур у хабаровской столицы может достигнуть до шести метров, ждет большой воды Благовещенск. А в это время в Сибири объявлены режимы ЧС из-за таежных пожаров. Сейчас огнем особенно сильно поражены Красноярский край, Иркутская область и часть Бурятии. Миллионы гектаров леса уничтожаются огнем. Синоптики Гидрометцентра прогнозировали такую ситуацию.
Все эти климатические аномалии заставили конспирологов в очередной раз заговорить о том, что против России, Русской равнины применяется климатическое оружие. Слишком уж много стало природных катастроф в последнее время.
Однако ученые указывают на то, что изменения климата присущи не только нашей стране. И у тех же США погодных проблем не меньше — это и увеличение ураганов и смерчей, и наводнения, как в Бостоне прошлой весной.
По словам главного специалиста Метеобюро Москвы Татьяны Поздняковой, изменения погоды связаны со сменой климатических эпох. Если раньше люди жили в эпоху западно-восточного смещения, которое давало более устойчивую погоду, то сейчас вступили в эпоху меридиональных процессов, когда климат более изменчивый.
Ряд ученых полагает, что вина за погодные аномалии и изменения климата целиком и полностью лежит на человеке, который меняет окружающую среду выбросами парниковых газов и прочей своей деятельностью вроде вырубки лесов, строительства плотин и так далее.
Кандидат физико-математических наук Главной геофизической обсерватории им. Воейкова, автор книги «Парадоксы климата» Андрей Киселев в интервью «Свободной прессе» рассказал, с чем же связаны изменения климата, какие катаклизмы ждут нас в будущем и нужно ли бояться климатического оружия.
КОММЕНТИРУЕТ АНДРЕЙ КИСЕЛЕВ
— С одной стороны, существуют антропогенные изменения климата, которые не ставятся под сомнение большинством специалистов. С другой, внутри самой климатической системы имеется изменчивость. Это означает, что какие-то явления происходили бы и без человеческого влияния. До индустриальной эпохи тоже случались засухи, ураганы и другие напасти. Так что отчасти это естественно.
Но за последний век с небольшим интенсивность изменений климата стала абсолютно беспрецедентной. Это связано с тем, что в СМИ называют глобальным потеплением. Нынешние явления погоды — это комплексное следствие двух факторов: естественного и антропогенного. Но ускорение, которое мы наблюдаем последние десятилетия, связано в первую очередь с антропогенным фактором.
— В чем именно проявляются изменения климата?
— Чаще всего говорят о росте средней по земному шару температуры. Но есть и другие проявления, в частности, изменения циркуляции атмосферы, которые приводят к большому количеству неприятных явлений. Если посмотреть на статистику мировых страховых агентств по природным катаклизмам, самый большой рост случаев приходится на ветровую нагрузку — это ураганы, торнадо, смерчи, тайфуны.
Холод в европейской части России, в так называемой Русской равнине, и жара в Европе — одно из проявлений этого фактора. Та же Европа в последние годы неоднократно страдала от высоких температур, и сейчас ставятся очередные рекорды. Но и у нас был 2010 год, когда в течение двух месяцев стояла аномальная жара. Такие волны тепла и холода приходят все чаще и чаще из-за изменений циркуляции атмосферы.
Помимо этого, меняется еще и гидрологический режим, то есть круговорот воды в природе. В результате происходит усиление всевозможных осадков. На территории России в последние годы на смену «грибным» дождикам приходят ливневые дожди. При этом общее количество осадков увеличивается не так сильно. По статистике Росгидромета за последнее десятилетие рост осадков составил 2,2%. Но интенсивность их выливания изменилась, вместо легких дождиков это все чаще ливни, которые причиняют серьезные неудобства и даже ущерб.
Частота всевозможных погодных аномалий, которые наносят серьезный ущерб экономике и людям, по статистике растет в нашей стране довольно интенсивно. До 2000 года в среднем таких случаев было 150−200 в год, а сегодня этот показатель раз в два года переваливает за 400 инцидентов. К сожалению, интенсивность и частота таких событий в последние годы увеличивается и вряд ли можно сказать что-то оптимистичное в этом отношении.
— Почему?
— Метеорологическая система очень сложная, и какие бы меры ни предпринимались для того, чтобы противодействовать подобным явлениям, даже если они будут неукоснительно выполняться всеми странами мира и международным сообществом, быстрых результатов они не принесут. Это работа на следующие поколения, но не на ближайшие годы.
— Какая деятельность человека сильнее всего негативно влияет на климат?
— В первую очередь, это парниковые газы. Это углекислый газ — CO2, но есть и другие газы, которые создают парниковый эффект. Они могут быть менее значимыми, но их высокое содержание в атмосфере является предметом серьезного беспокойства. Например, это метан, второй по значимости газ, концентрация которого в атмосфере растет быстрее, чем CO2.
Есть и более локальные факторы, такие, как черный углерод — тот газ, который выделяется при сжигании дров или мазута на поверхность и влияет на так называемые обмены Земли. Радиация, которая приходит от Солнца, в зависимости от состава поверхности воспринимается по-разному. Она либо поглощается, либо отражается. Черный углерод особенно негативно влияет на регионы, где есть снег — Арктику, горные вершины. Если слой черной сажи садится на белую поверхность, это сильно сказывается на поглощении радиации.
Но основной фактор — это все же парниковые газы. Они имеют достаточно большое время жизни в атмосфере. Для углекислого газа это порядка ста лет, для метана — десяти лет. Мало того, что они выбрасываются в конкретных местах, они еще и распространяются по всей поверхности, поскольку успевают перенестись в атмосфере.
— В последнее время появляется много фильмов-катастроф о погодных катаклизмах. Насколько вероятно повторение чего-то подобного в реальности?
— Что касается фильмов на тему климатических изменений, они чаще всего являются спекулятивными. Если вырвать определенные эпизоды из контекста и умело их смонтировать, картинка получится апокалиптическая. С другой стороны, катастрофические природные явления имеют место и нет оснований думать, что их станет меньше, скорее наоборот. Но они все же не так концентрированы, как в кино.
— Самая популярная «страшилка» — это повышение уровня воды в мировом океане и затопление прибрежных территорий. Это неизбежность или можно обратить этот процесс?
— Существуют разные прогнозы о том, с какой скоростью будет проходить повышение уровня воды в мировом океане. Любители острых ощущений задают очень высокие планки в 10−12 метров. Мне наиболее разумным и взвешенным прогнозом кажется то, что к концу нашего века уровень воды в мировом океане поднимется на 50−80 сантиметров. Это не так уж мало, но не 12 метров.
90% льда сосредоточено в Антарктиде, 9% — в Гренландии и 1% — на остальных территориях. Хотя существуют публикации о том, что Гренландия тает катастрофическими темпами, нужно понимать, что это не такой быстрый процесс. В то же время, он идет и будет ускоряться. За весь прошлый век подъем воды в мировом океане составил 17 сантиметров, то есть 1,7 см за десять лет. За первое десятилетие нашего века это было 3,1−3,2 см.
К счастью, ускорение этого процесса не лавинообразное, и говорить о том, что уже завтра все затопит, неправильно. Повышение уровня воды в океане представляет серьезную угрозу для островных государств. Для нас же это не самая близкая перспектива.
Но у нас есть свои проблемы, связанные с потеплением. Две трети территории нашей страны расположены в зоне вечной мерзлоты, которая деградирует из-за мирового повышения температуры. Как следствие, во-первых, появляется больший риск техногенных катастроф тех объектов, которые построены с учетом вечной мерзлоты. Во-вторых, там сосредоточен запас парниковых газов, и когда лед тает, происходит выброс CO2 и метана. Замерзшие бактерии, которые производят эти газы, с таянием льдов тоже оживут, и в итоге интенсивность выбросов газов атмосферу может увеличиться.
— Есть мнение, что для России глобальное потепление, наоборот, благо, потому что наш суровый климат в итоге улучшится. Так ли это?
— Глобальное потепление — это палка о двух концах, в том числе и для России. Об угрозах я уже сказал — это и риск техногенных катастроф, и увеличение выбросов парниковых газов. С другой стороны, открываются возможности Северного морского пути, о чем сейчас часто пишут. Но и здесь нужно учитывать, что у нас не обустроена инфраструктура на побережье, чтобы обеспечивать этот Севморпуть минимально комфортными условиями. А это значит, что придется строить ее в условиях изменяющегося климата.
Да и что касается более теплых условий, все не так однозначно. Да, мы сможем производить более теплолюбивые сельхозкультуры. Но вредители, которые сейчас полагают, что на северных территориях России им холодно, могут приспособиться к новым условиям. Здесь очень много факторов, и говорить о том, что та или иная страна выигрывает от изменений климата, трудно.
— Достаточны ли усилия, которые предпринимаются мировым сообществом и Россией для борьбы с изменениями климата? Например, США в свое время даже не ратифицировали Киотский протокол о ограничении выбросов в атмосферу…
— Для США вообще характерна такая политика. Они затеяли всю бучу с Киотским протоколом, но в итоге в него не вошли. Похожая ситуация сложилась с Парижским соглашением — в 2017 году Дональд Трамп заявил о намерении выйти из него. Хотя некоторые штаты обещают выполнять действия, направленные на сокращение выбросов парниковых газов.
Но Парижское соглашение, которое пришло на смену Киотскому протоколу, больше является соглашением о намерениях, чем документом, регламентирующим что-либо. Там не прописаны всевозможные обязательства и наказание за их невыполнение.
Россия в конце года собирается ратифицировать Парижское соглашение и действовать в соответствии с тем, что обещала. В этом документе предусматривается, что каждая страна представит свою программу по сокращению выбросов и будет ее выполнять.
Проблема в том, что меры, которые сейчас собирается предпринять мировое сообщество, недостаточны для того, чтобы выполнить базовое требование соглашения — добиться, чтобы повышение средней температуры с доиндустриального периода, то есть примерно с 1850 года, не превысило 2 градусов.
— Значит, количество аномалий погоды будет только расти?
— Да, это показывает и статистика, и теоретические разработки. Хотя не все аномалии пока одинаково изучены. Например, до сих пор нет общего понятия засухи для всего мира. Если в Краснодарском крае пару месяцев не будет дождей летом, мы скажем, что это засуха. Но есть и чилийская пустыня Атакама, где несколько капель дождя выпадают раз в десять лет. Ученые до сих пор не договорились, как привести это понятие к общему знаменателю.
Достаточно сказать, что не существует единой общемировой статистики стихийных бедствий и разрушительных погодных явлений. Есть только статистика страховых агентств, но понятно, что она не научная. Наша организация разработала индекс риска для каждой территории Российской Федерации. Учитывается не только как часто происходят природные катаклизмы и насколько они сильны, но также то, что происходит в регионе — развитие инфраструктуры, преобладание того или иного вида промышленности, демография.
Наш северо-западный регион относится к одному из самых благополучных в этом плане. А, например, Москва является одним из наиболее опасных регионов, где значение этого коэффициента лежит между 0,67 и 1. Во-первых, у вас действительно чаще происходят всевозможные погодные катаклизмы, а, во-вторых, это достаточно густонаселенный регион с большим количеством населения, транспортной инфраструктуры и так далее. Поэтому вы находитесь в зоне наибольшего погодного дискомфорта.
— В последние годы у нас так много разных причуд погоды, что некоторые думают, уж не используют ли против нас климатическое оружие. Такое оружие — это вообще реальность или что-то из научной фантастики?
— У меня нет допуска к секретной информации, поэтому могу говорить только о том, что мне известно. Еще в 70-х годах по инициативе Советского Союза была принята конвенция ООН о недопустимости использования технологий изменения окружающей среды и вообще природную среду во враждебных целях. Этот документ до сих пор не утратил свою силу.
Думаю, если бы были серьезные нарушения этой конвенции, даже не очень доказательные, поднялась бы достаточно большая шумиха и в прессе, и в политических кругах. Ничего подобного замечено не было.
Еще один важный момент в том, что климатическое оружие очень ненадежное. Насколько я знаю, в те же 70-е годы и американские, и советские специалисты занимались такими разработками. Но представьте, что вы зарядили какое-то облако токсинами, чтобы оно вылилось на территории потенциального противника.
Во-первых, трудно заставить это облако разрядиться вдалеке от границ, оно ведь может выпустить свой заряд раньше. Во-вторых, ветер может банально погнать его в другую сторону, и оно прольется на того, кто его направил. Я считаю, что на сегодняшний день серьезных факторов, которые указывали бы на недружественное вмешательство других стран в нашу погоду, нет. Это досужие разговоры, которые не имеют под собой оснований.

Источники: «Свободная пресса», «БИЗНЕС Online»: https://www.business-gazeta.ru/article/433132.

Оставить комментарий

Войти с помощью: