Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

Идеалы справедливости – иллюзия и реальность.

1. Закон и справедливость (Новый апокалипсис. Очерк № 22).
Сергей Солдатов.
6.05.2019 г.
В полемике о русской душе и русском мире на российском ТВ ведущий высказал мысль, что люди на Западе опираются на верховенство закона, а в нашей стране – на справедливость. За что получил поддержку аудитории. Эта мысль не нова, она уходит в глубь нашей истории. Еще Ф. М. Достоевский писал: “Высшая и самая характерная черта нашего народа – это чувство справедливости и жажда ее.” Русский философ И. А. Ильин: “Европейское правосознание формально, черство и уравнительно; русское – бесформенно, добродушно и справедливо”.
В сознание русских людей введена установка, что справедливость и закон суть разные понятия. Такая установка оправдывает принятие решений, основанных на субъективной оценке в каждом конкретном случае. Она может как снижать, так и повышать у народа авторитет власти, которая принимает решения и судит “по справедливости”. Судить по справедливости вне рамок закона является идеологическим средством воздействия на народ, управления им и укрепления могущества существующей власти. Вера в доброго царя в таком обществе вечна. Однако, важно, чтобы народ был готов воспринимать “справедливость” в отрыве от закона как самую высокую ценность.
Если на Западе между законом и справедливостью вопрос решался в пользу закона, то у нас обычно в пользу справедливости. Причем справедливость понималась всегда в духе действующей идеологии, которая вчера защищала интересы одной социальной группы, а сегодня другой группы. Наши современники, развивая эту мысль, например, отмечают следующее: “зная, что справедливость и закон не совпадают, русское сознание выбирает справедливость как тот социальный оператор, который работает быстрее, чем закон – быстрее, чище и надежнее” (А. М. Столяров, писатель). Такая точка зрения всегда опирается на русский менталитет, восходящий к православию, где иррациональность, таинства и мистика в большей степени определяют понятие счастья человека и его путь к обретению это счастья.
“Если западное право возникло как некое рациональное установление, и к III веку до н. э. Римское право уже чётко отделялось от религиозных норм, то на Востоке источником права являлось и является Божественное откровение, где до сих пор некоторые страны строят свою жизнь и законодательство по нормам Корана.” (из доклада А. М. Столярова “Русский архетип: закон и справедливость семинара Русской христианской гуманитарной академии. 2009 г.).
“В России ключевой ценностью является не закон, а справедливость. Само слово “справедливость” не имеет точных переводных эквивалентов в западных языках. Ему соответствуют понятия, подчеркивающие скорее “законность”, “честность” или “правоту”. Справедливость в русской культуре воспринимается не только рационально, но и эмоционально. Известный лингвист А. Д. Шмелев считает, что “в русской культуре существует особое чувство – любовь к справедливости или страсть справедливости”. (Андреева И. В. “Справедливость”, “Закон”, Родина”, в картине мире русских и американцев. Вопросы культурологии, 2007.– № 4, с. 11-14)
Тысячелетняя истории православия в нашей стране не могла не оставить свой след в душе и сердце современного человека, и верующего и неверующего. Представление о всемогуществе высшего лица государства и отчуждение в его пользу своей воли есть характерная черта “русской души”. Люди считают совершенно естественным сакральный характер власти, бессмысленность и безнравственность требований её низвержения, потому что любая власть есть символ порядка, земного, божественного и вселенского. В природе людей, чья свободная воля передана высшей власти, желать подчинения. Такая установка может иметь место как на уровне сознания, так и подсознания. Сознательно мы можем критиковать жесткую власть, требовать её свержения, желать перемен, которые принесли бы справедливость. Но в подсознании, как правило, смены власти мы не хотим, мы хотим только, чтобы власть была справедливой.
Проповедники идеи справедливости как самостоятельной ценности вне рамок закона убеждают, что смена власти в государстве может осуществляться только более высокой властью, которая призвана вершить судьбы народов. В самом государстве должна существовать “вертикаль власти”. Учреждение законов есть прерогатива самой власти, она может делать всё и всегда без исключений, она может по-своему трактовать применения законов, она может освобождать от наказания, она может вводить более суровые наказания. Закон не может предусматривать все варианты и все случаи человеческих отношений в обществе. Поэтому она руководствуется принципом Справедливости. Справедливость исходит от власти. Люди ждут от неё этой справедливости, они верят в доброго царя, президента, генсека. Другой ситуации и быть не может, ведь они сами отдали свою волю высшему лицу государства и эта отчужденность воли у людей сохраняется на протяжении многих столетий в России.
Закон не может быть противопоставлен справедливости, поскольку эти понятия относятся к разным сферам жизни. Закон есть нормативный акт, который регулирует жизнь в обществе. Справедливость есть соответствие закона этическим нормам, принятым в конкретном обществе. Закон может быть несправедливым, если он ущемляет права граждан и социальных групп, если он имеет избирательный характер, если он не учитывает все возможные негативные последствия его применения для общества и для гражданина. Закон может быть справедливым, если он устанавливает соответствия деяния и воздаяния, прав и обязанностей, если он выражает основные требования морали, сложившейся в данном обществе. Справедливость и несправедливость есть этическая реализация закона.
Древнегреческий философ Платон, развивая учение Сократа, указывал, что справедливость как добродетель выражает гармонию отношений в обществе и является основой для построения государства. Слово νόμοσ переводится как закон, оно еще означает “тон, лад, напев, мелодия”. Для обозначения понятия “справедливость” греки использовали термин δίκη “право, справедливость, правосудие”; δικαιοσύνη “справедливость, законность, правосудие”; δικαιότης “справедливость, правосудие”. В исходном значение νόμοσ закон и δίκη право обозначают “обычай”. Аналогично мыслили и древние римляне. Латинское слово jus переводится как “право”, то есть совокупность законов, постановлений и обычаев, обязательных для всех граждан. Производное слово justitia – “справедливость”.
Юридические законы произошли из законов моральных. И, если они перестают соответствовать действующей морали в обществе, то общество всегда будет требовать их пересмотра. Мораль есть продукт не только общественных отношений в конкретный период времени, но и продукт определенного уровня развития личности, и его образованности. Мораль создает человек при взаимодействии с другими людьми. Каков сам человек, такова будет и мораль.
Связь с обычаями народа предполагает, что закон и справедливость отражают ту нравственность, которая исторически была присуще обществу. Если закон всегда составляет кодекс правил поведения, за нарушение которых предусматривается либо физическое наказание, либо лишения определенных свобод и прав, то справедливость может также предусматривать в ряде случаев и моральное наказание в виде порицания, не попадая под действие принятого в обществе кодекса правил поведения. Справедливость является более широким понятием. Тема не менее закон в обществе в идеале всегда основывается или должен основываться на справедливости.
На протяжении развития цивилизации закон сначала он создавался “сильными” (власть и провластные структуры) в своих интересах, затем он начинал учитывать интересы более “слабых”, а впоследствии он распространился на всё общество, учитывая интересы всех граждан. Мотивацией, которой руководствуются “сильные” в создании закона как воплощения всеобщей справедливости, является выгода. Это и экономическая выгода, и выгода как самосохранение. Любая социальная группа или партия в качестве своей цели, прежде всего, ставит собственные интересы. Обладание властью основано на экономическом интересе, поскольку позволяет утолять свою жажду к управлению всеми сферами жизни общество с прилагаемым к этому экономическими и социальными благами.
Если “сильные мира сего” считают, что справедливость законодательства в интересах более широких слоев общества позволит им получить больше благ, то они могут пойти навстречу требованиям общества. Выгода от труда рабов ниже, чем от труда свободных, высококвалифицированных работников, пользующихся широкими правами. Однако, человеком часто управляют не долгосрочные перспективы, а сиюминутные интересы – зачем отказываться от малого лишь в надежде обрести большое. Поэтому, общество вынуждено осуществлять давление на “верхи”. Инстинкт самосохранения требует взаимодействия со всем обществом для создания баланса прав, в противном случае “верхи” утратят власть, а это чревато трагическими для неё последствиями. История развития цивилизации показала, что становление законами справедливыми законами является выгодным для всего общество в целом и является тем, что мы называем прогрессом. Отказ “верхов” или нежелание и невозможность “низов” привести закон в более гармоничное состояние есть застой или регресс. В обществе постоянно происходит борьба власти и оппозиции, в первую очередь за справедливые законы в интересах всех граждан. Она была, есть и будет всегда.
Справедливые законы – это благо, к которому общество стремится всегда, но никогда не получает в полной мере. Такие законы зависят от эпохи и от конкретного общества, и всегда существует необходимость их усовершенствовать. Поэтому на определенный момент времени закон может утратить справедливость. Но, если в обществе существует необходимые демократические институты и механизм контроля за законами и приведения их в состояние справедливости, то не возникнет вопрос о противопоставлении закона справедливости, как это делали русские мыслители. Если в обществе установлен “ручной режим” справедливого законотворчества, то понятие закона будет всегда оторвано от его этической стороны – от справедливости. Народ будет всегда полагаться на монарха или президента, который будет являться самим законом в последней инстанции. Вождь нации становится выше закона. Он может создать или отменить любой закон, либо своим указом, либо специальным механизмом его власти.
Такая справедливость не основана на законе, она есть дар обществу со стороны его властителя. Сторонники единоличной власти убеждены, что справедливость исходит от высокой нравственности властителя, которым он обладает по праву своего статуса. И не важно, как он получил этот статус, как выборное или наследуемое лицо, его стремления сеять только добро и наказывать зло являются его правом и обязанностью. Он вершитель судеб людей, и только он определяет что есть справедливо. Народ всегда верит в благо его решений, в его доброту. Но ни один человек не может быть олицетворением абсолютной нравственности, абсолютного права.
Правитель не вечен и рано или поздно он уходит. Смена власти может привести к тому, что его “справедливость” будет осуждена народом и признана как несправедливость. Но, если справедливость исходит от народа, от его истории, культуры и традиций, с обязательной поправкой на эпоху и время, а также опыт других народов, то она всегда облачается в форму народного закона. Такой закон в большей степени отражает соотношение добра и зла, справедливости и несправедливости, адекватность воздаяния за его нарушение, и благо, которое он предоставляет народу за его соблюдение. Такой закон удовлетворяет потребности народа, а не правителя. Именно в этом заключается реальная справедливость.
Справедливость народ обычно связывает с социальными гарантиями, с уважением личности и равенством в правах, с отсутствием насилия и унижения личности, с созданием такого государства, где каждый гражданин может принимать участие в управлении и свободно реализовывать свои способности и таланты во всех сферах общественно полезной деятельности. Созидателем справедливости является народ, и никто иной.

Источник: социальная сеть «Фейсбук». Блог С.К.Солдатова.

Оставить комментарий

Войти с помощью: