Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

«Это называется революционной ситуацией».

Валерий Береснев, Елена Колебакина-Усманова, Максим Кирилов, Ольга Вандышева (Республика Татарстан, г. Казань).

24.09.2018 г.
Эксперты «БИЗНЕС Online» о неожиданном бенефисе ЛДПР в «бедных» регионах, протестном голосовании и отставке заслуженных «медведей»
«Народ просто устал от гегемонии «Единой России», которая повторяет ошибки коммунистической партии», — прокомментировали в ЛДПР успех двух ее выдвиженцев во втором туре губернаторских выборов 23 сентября в Хабаровском крае и Владимирской области. О том, почему члены высшего совета «ЕдРа» проиграли либерал-демократам, кто такие Фургал и Сипягин и как выглядит новая политическая реальность после поражения правящей партии, — в материале «БИЗНЕС Online».
«ТОТ УРОВЕНЬ ДЕМОКРАТИИ, КОТОРЫЙ ДОЛЖЕН БЫТЬ В НАШЕЙ СТРАНЕ, ДОСТИГНУТ»
Еще никогда утро для Владимира Жириновского не было таким приятным: его партия лидирует на губернаторских выборах сразу в двух российских регионах. Пусть один из этих регионов зовется Хабаровский край, а другой — Владимирская область, пусть совокупно в них проживают чуть больше двух с половиной миллионов человек, праздника это омрачить не должно, потому что прежде такие результаты на выборах были доступны только единороссам, а теперь вот — еще и «жириновцам». Во втором туре губернаторской кампании два выдвиженца от ЛДПР — Сергей Фургал в Хабаровске и Владимир Сипягин во Владимире — набрали 69,57% и 57,03% соответственно. Поверженные «медведи» барахтаются далеко внизу: хабаровский губернатор Вячеслав Шпорт с 27,97% голосов и врио владимирского губернатора Светлана Орлова с 37,46% голосов. Хочется протереть глаза и поменять данные на табло ЦИКа местами: настолько непривычно они выглядят. Тем не менее это не мираж, а новая политическая реальность, и Кремлю теперь придется с ней считаться.
Когда по итогам единого дня голосования, 9 сентября, в четырех регионах РФ был назначен второй тур губернаторских выборов, катастрофа еще не выглядела столь очевидной. Тот же Шпорт отставал от Фургала на какие-то десятые доли процентов: 35,62% против 35,81%. А Орлова вообще опережала Сипягина: 36,46% против 31,28%. Но затем случилось Приморье с его непризнанной, но такой явной победой кандидата от КПРФ во втором туре, стало понятно, что простой «игрой в демократию» здесь дело не обойдется, что грядет во всей своей красе сама «ее величество» демократия, которой наплевать на все договоренности федералов с регионалами, на все уже намеченные проекты и сколоченные бюджеты, что народ почему-то хочет Фургала и Сипягина и напрочь не желает Шпорта и Орлову.
Ярче всего искреннее удивление было написано на лице скромного руководителя фракции ЛДПР в Законодательном Собрании Владимирской области Сипягина. «Вот это да! — как бы говорило это лицо. — И это все мне!» В ночь на 24 сентября Сипягин, которого прежде считали простым «дублером» Орловой, триумфально прибыл в областную администрацию. Прошелся по коридорам, которые теперь с полным правом мог считать своими. Лучезарно улыбнулся журналистам, которые маялись бессонницей в ожидании короткой пресс-конференции. «Спасибо за поддержку. Я чувствую эту поддержку, — развел руками выигравший кандидат с „фартовым“ именем Владимир Владимирович. — Она витала в воздухе, я до сих пор ею заряжен. Я никогда не подведу жителей Владимирской области. Жители 33-го региона никогда не пожалеют, что проголосовали за меня».
Итоги выборов во Владимирской области и Хабаровском крае
Регион Кандидат Итоги голосования
Владимирская область Орлова Светлана Юрьевна, «Единая Россия» 37,46%
Сипягин Владимир Владимирович, ЛДПР 57,03%
Хабаровский край Фургал Сергей Иванович, ЛДПР 69,57%
Шпорт Вячеслав Иванович, «Единая Россия» 27,97%
Нажмите на таблицу, чтобы загрузить полностью
Попутно Сипягин не забыл поблагодарить и Жириновского за тот невероятный рейтинг, которым главный либерал-демократ так щедро делится со своими однопартийцами. У самого Владимира Владимировича биография довольно скромная, чего не скажешь о неожиданно проигравшей ему Орловой. Все-таки Светлана Юрьевна — и бывший запред Совета Федерации, и член бюро высшего совета партии «Единая Россия», и многоопытный политик, два созыва проведший в Государственной Думе. А who is mr. Сипягин? Бывший помощник думца Виталия Золочевского. Инженер-экономист, работавший в лихие девяностые заместителем директора по коммерческим вопросам, а в путинские тучные годы ставший специалистом «по аграрной политике, природопользованию и экологии».
К слову сказать, во Владимирской области Сипягина многие до сих пор считали «человеком Орловой». В сети можно отыскать немало упоминаний, что Владимир Владимирович прекрасно ладил со Светланой Юрьевной, которая как-никак возглавляла регион с 2013 года. Наверное, неслучайно в том же году Сипягин стал координатором местного актива ЛДПР и сразу же заявил, что его партия согласна выдать новому губернатору «кредит доверия». Дальнейшая карьера «жириновца» при Орловой складывалась вполне благополучно: он вошел в областной парламент, одновременно проведя туда (по утверждению местных СМИ) своего бизнес-партнера Андрея Щеткова. Сын Сипягина, Алексей, как и положено золотой молодежи регионального пошиба, возглавлял некое ООО «Гарант», прежним директором которого был Щетков. В связи с тем же Щетковым упоминается и ООО «Современные технологии» (специализация — гравийные и песчаные карьеры, добыча глины и каолина), получившее от местной администрации в разработку месторождение «Лукьянцево» в Александровском районе, в 1,2 км от одноименной деревни. Ну и так далее. Обычный бизнес, делающий человека уязвимым и зависимым от власть предержащих. Стоит ли удивляться, что Сипягин всегда опровергал, что испытывает какое-либо давление со стороны губернатора, и любил повторять: «Тот уровень демократии, который должен быть в нашей стране, достигнут». Сейчас эта фраза наверняка актуальна для Владимира Владимировича как никогда.
«ЛДПР — ПАРТИЯ ДОЛГОЖИТЕЛЕЙ. КАКАЯ-НИКАКАЯ КОНКУРЕНЦИЯ»
Между тем Орлова не просто проиграла Сипягину, а сделала это с исключительным треском. По данным СМИ, из 23 районов Владимирской области за члена высшего совета «Единой России» проголосовало только три, а именно: Гороховецкий, Камешковский, а также город Ковров. В Киржачском районе, который местные считают «проблемным», ее разрыв с «жириновцем» составил более 50%: 18,68% против 76,24% голосов.
Что до Сипягина, то он, как следует из новостей, формирует команду. Не исключено, что это делается в некоторой спешке, хотя сам новоиспеченный губернатор уверяет, что давно был готов к победе. «Самое главное — формирование команды, — признается он. — Этот процесс уже пошел, он пошел не сегодня. Команда была сформирована, и сейчас, в ходе второго тура, я „подчищал“ ситуацию, определял для себя принципиально структуру, уже знаю, как она будет выглядеть»
Впрочем, до сих пор непонятна и программа действий свежеизбранного главы Владимирской области. В своих предвыборных эпатажных заявлениях Владимир Владимирович не скупился на обещания вроде «выжечь коррупцию каленым железом» и поднять уровень жизни в регионе, который считается самым бедным во всем Центральном федеральном округе. Теперь дело за малым, то есть за железом — каленым или выпущенным на Монетном дворе. Неясна и дальнейшая участь такого политического тяжеловеса, как Орлова: возьмут ли ее обратно в Совет Федерации или спишут в утиль как неприятное воспоминание о горьком поражении «Единой России».
Более понятной выглядит ситуация в Хабаровском крае: здесь Шпорту противостоял не «дублер», а все-таки человек с именем в федеральной политике. Да и на родине, коим для Сергея Ивановича является Дальний Восток, его хорошо помнят как депутата еще с 2005 года, когда он от ЛДПР входил в Законодательную Думу Хабаровского края. С 2007 года Фургал переехал в Москву, будучи избранным в ГД пятого созыва, но связи с регионом не утратил, представляя его на столичном уровне и одновременно возглавляя хабаровское краевое отделение «либерал-демократов». Поразительно, но в Госдуме Фургал задержался на целых три созыва, став узнаваемым лицом в Охотном ряду. Одновременно он выступал спарринг-партнером Шпорта еще на губернаторских выборах 2013 года, но тогда набрал положенные ему как «дублеру» 19,14% и на большее не претендовал.
Шпорт уже признал свое поражение, попутно подведя итоги своего практически десятилетнего губернаторства. «Сообща мы построили десятки мостов, дороги, детские сады, школы, больницы, спортивные сооружения», — коротко перечислил он. Новый губернатор в лице Фургала намерен сделать акцент на развитии медицины. Он окончил Благовещенский государственный медицинский институт, 7 лет работал в Поярковской центральной районной больнице Амурской области.
«Я как врач понимаю, как должна быть организована система здравоохранения в Хабаровском крае, — заявил Сергей Иванович. — Будет уделено серьезное внимание скорой медицинской помощи, сельской медицине и нашей молодежи, нашим студентам. Если мы сегодня не остановим отток наших кадров из этой сферы и не продумаем, как нам, кроме сохранения, их выращивать, то система здравоохранения как система просто прекратит свое существование».
Собственную команду Фургал намерен сформировать за две недели от даты своего вступления в должность. День еще не определен, но уже понятно, что это произойдет на следующей неделе. Пока же Сергею Ивановичу предстоит сложить с себя статус депутата Госдумы и прибыть на родину, где правительство Хабаровского края уже готово уйти в отставку. Интересно, что в сентябре 2019 года Хабаровский край ждут дополнительные выборы по одномандатному округу, где прежде избирался Фургал. Поскольку его место в ГД теперь вакантно, за него наверняка разгорится нешуточная (как мы убедились по последним выборам) борьба.
«Огромное спасибо жителям Хабаровского края за то, что они пришли на избирательные участки и выразили свою волю, — заявил Фургал на сегодняшней пресс-конференции. — Со своей стороны я обязуюсь выполнить предвыборные обещания. Организаторам выборного процесса — тоже большое спасибо, мы видим, что выборы прошли честно и прозрачно. Было много нервов, чернухи, много всего, но это выборный процесс. Он закончился, наступил понедельник, наступил новый этап».
Глава ЦИК РФ Элла Памфилова поспешила признать итоги выборов во Владимирской области и Хабаровском крае. «Реальных жалоб очень мало было, реальных нарушений было мало, — охарактеризовала она ситуацию во Владимире. — То, что результаты достоверны, ни у кого не вызывает сомнений. Самый главный вывод — без реальной конкуренции политическая система просто деградирует. Данные выборы это показали, какая-никакая конкуренция. Что касается хабаровских выборов, очень много было информационного мусора. Скажем, представители ЛДПР создавали ажиотаж, что там возможны нарушения, как бы на всякий случай, чтобы потом были основания выборы не признавать. Вы ретроспективу посмотрите (имеется в виду заявление пресс-службы либерал-демократов про „насилие, шантаж, черный пиар, вброс бюллетеней и прочие грубейшие нарушения выборного законодательства“ — прим. ред.). ЛДПР — одна из партий-долгожителей. Ну это ее стиль. Что я могу сказать, не мне судить. Вот избирателям они понравились, видимо».
Добавим, что явка в воскресном втором туре превысила, как и ожидалось, результаты 9 сентября: во Владимирской области она составила 33,28%, а в Хабаровском крае достигла 47,49%.
«ЛИЧНО ПРЕЗИДЕНТА ЭТА СИТУАЦИЯ НЕ ВОЛНУЕТ, ОН НАХОДИТСЯ В АСТРАЛЕ НА ОКОЛОЗЕМНОЙ ОРБИТЕ»
«БИЗНЕС Online» попросил экспертов прокомментировать, есть ли заслуга ЛДПР в том, что ее выдвиженцы лидируют на выборах, смогут ли «дублеры» стать эффективными губернаторами и какие выводы должен сделать Кремль из разгрома единороссов в двух регионах.
Станислав Белковский — российский политический технолог и публицист, учредитель и директор Института национальной стратегии (ИНС):
— Это называется революционной ситуацией, качественно описанной Владимиром Ильичом Лениным в его классических трудах. Нас в школе учили его работам, но мы их забыли за последние 30 лет. Это ситуация, когда верхи не могут, а низы не хотят. Верхи не могут подавить протест, а низы не хотят терпеть. Никакой заслуги оппозиционных кандидатов в их победе нет. Принципы формулируются так: кто угодно, только не вы, назло властям. Мог бы быть кто угодно в качестве оппозиционного кандидата — и он бы выиграл, потому что наступила революционная ситуация — кто угодно, только не вы. Вот в этом и заключается политико-психологический портрет той ситуации, которую мы наблюдаем. Население особо не знало Фургала, тем более Сипягина. Народ это не волновало. Голосование было чисто протестным. Презрительное отношение власти к народу привело к тому, что население готово голосовать за любого оппозиционного кандидата, кем бы они ни был, даже совершенно не зная этого кандидата, не оценивая ни достоинств, ни недостатков.
Я не знаком лично с этими людьми, потому не могу оценивать, будут ли они эффективны. Не могу оценить их достоинств и недостатков. Эффективность всегда сводится к системе, нежели только к человеку. Эффективность можно свести к человеку, если он Наполеон Бонапарт. Тут надо перестраивать систему, а она не перестраивается. Для этого нужен уход Владимира Владимировича Путина из власти. Предсказывать эффективность новых губернаторов пока невозможно.
Вывод тут очень простой: поведение власти, демонстративное унижение народа, которым несколько лет занималась власть, принесло свои плоды. Это главный и единственный вывод. Но Владимир Владимирович Путин на это не реагирует. Президент считает, что избранный губернатор все равно будет его, потому что все равно зависит от федерального финансирования. Он придет в министерство финансов за деньгами. Он придет к нему на прием, в Кремль. И в тот момент, когда это случится, он станет его рабом. Поэтому лично Путина эта ситуация не волнует, он уже находится в астрале на околоземной орбите. Но всю остальную вертикаль власти это волнует. Это показывает, насколько российская бюрократия дискредитировала власть для народа. Это точная ситуация конца 80-х годов, которую мы прекрасно помним. Когда вместо коммунистов выбирали кого угодно, любых фриков и маргиналов, лишь бы только не коммунистов.
Павел Салин — директор центра политологических исследований Финансового университета:
— Это ярко выраженное протестное голосование. В этом нет никакой их заслуги, тем более ЛДПР как партии. Фургал был известен в Хабаровском крае гораздо лучше. Он публичный политик, оппозиционный. Но вряд ли этим можно объяснить почти трехкратный разрыв между ним и Шпортом. Его известность сыграла свою роль, но тем не менее… Это чисто протестное голосование. Голосовали не за ЛДПР и даже не за конкретных кандидатов, один из которых был более-менее известен в крае. Несколько лет назад в такой же ситуации «Шпорт против Фургала» последний собрал в несколько раз меньше голосов, чем первый. Голосовали против — не только против Шпорта, а против власти вообще. То же самое и во Владимирской области.
По поводу эффективности губернаторов: Фургал в принципе уже встроен в эту систему отношений «регион – центр». Он является депутатом Госдумы по договорному округу, теперь его место просто переместится на губернаторское кресло. Что касается Владимирской области — вопрос. Думаю, что они пооботрутся, а федеральный центр не будет им чинить препятствий, потому что они сразу встроятся в систему, не будут перечить федеральному центру. Пример — иркутский губернатор, который в 2015 году по итогам двух туров выиграл.
Я бы, если честно, не привязывал это фиаско к каким-то партиям или личностям. То, что сейчас наблюдается, свидетельствует об установке сваливать всю вину на проигрыш на губернатора. Я вчера давал комментарий, его изменили целиком. Корректировали то, что я говорил о вызове федеральной власти. А изменили так, что это люди как будто недовольны только региональной властью. Если такое будет отношение, то, боюсь, никаких выводов не сделают. Это протестное голосование, оно не против конкретных губернаторов действующих и не против «Единой России». Это голосование против политики власти. Большой вопрос — какие выводы сделает власть. Выводы делать нужно. Основное — это то, что изменился общественный запрос. Люди от настроений переходят к действиям. Меняется политическое поведение. И для власти очень хорошо, что изменение политического поведения пока произошло в рамках предусмотренных законодательством электоральных процедур. То есть население шлет сигнал, что оно недовольно, что обещания властей расходятся с реальностью. Но власть может сделать другие выводы: если здесь что-то течет, надо просто перекрыть, минимизировать электоральные процедуры… Посмотрим. Выводы нужно делать кардинальные. Но какие выводы сделают — вот вопрос.
Алексей Макаркин — первый вице-президент центра политических технологий:
— Знаете, там немного разные ситуации. В Хабаровском крае действительно был достаточно сильный кандидат. Фургал — депутат Госдумы, избранный по одномандатному округу, правда, в отсутствии тогда кандидата от «Единой России». Округа разделили, и он добился такого успеха, по сути, при поддержке власти. Он за счет этого раскрутился, что и позволило ему уже в первом туре не просто получить необходимое количество голосов, но и серьезный кредит к кандидату КПРФ. Тот оказался слабым: это владелица рекламного агентства, которая была в кампании не только неактивна, но и слабо узнаваема. Она не очень соответствовала образу коммунистического кандидата, привычного для избирателя. С опытом тоже было плохо, поэтому коммунистический кандидат был совсем уж неубедительный. Что касается Владимирской области, то там коммунистического кандидата не было, то есть ситуация была несколько иная. Коммунист там не прошел муниципальный фильтр. Сипягин, в общем, изначально ни на что особо не претендовал. Если у Фургала могли быть какие-то амбиции, хотя тоже весьма ограниченные, то Сипягин с самого начала — сугубо техническая фигура. Это кандидат не только полностью лояльный Орловой, которую, в конце концов, победил, но и не очень известный широкой владимирской аудитории. Он там был региональным депутатом, но как масштабная политическая фигура не был известен, хотя бы на уровне Госдумы. Поэтому Хабаровский край и Владимирская область — немного разные ситуации. Но в обоих случаях это ярко выраженное протестное голосование. Очень сильный протест, который выразился не столько в голосовании за Фургала или Сипягина, сколько голосование против. Хотели голосовать против Орловой и Шпорта и просто смотрели, за кого из кандидатов лучше проголосовать. В одном случае проголосовали за более известного, в другом — просто за кандидата от парламентской партии, так как не было КПРФ.
Эффективные губернаторы? Посмотрим. Это тоже разные ситуации. Насчет Фургала… Я думаю, многое будет зависеть от того, как он договорился с элитами, кого привлечет в команду. Человек хотя бы с политическим опытом. Если говорить о Сипягине, то такого опыта у него вообще нет. Я имею в виду масштабный опыт, который бы соответствовал тем обязанностям, которые накладываются на главу региона. Как формировать ему команду? Я не уверен, что он до последнего времени об этом даже задумывался. Но в любом случае им обоим будет достаточно сложно. Придется ориентироваться с существующими в регионах элитными группами. А куда деваться?
Не знаю, какие выводы будет делать Кремль. Посмотрим. Наверное, один из этих выводов будет заключаться в том, что все-таки необходима реальная конкуренция. Эта ситуация с техническими кандидатами, казалось бы, гарантированной победой привела к тому, что побеждают люди, готовность которых занять должность губернатора вызывает сомнения. Как избежать только голосования против, такого негативистского голосования? Только через конкуренцию, чтобы было два-три серьезных кандидата, которые могли бы соперничать друг с другом, выдвигать альтернативные программы, вес которых был бы достаточен, а население бы уже само выбирало.
«МЫ ПОНИМАЕМ, ОТКУДА ПРОТЕСТНОЕ ГОЛОСОВАНИЕ: БЫЛИ ВЫПОЛНЕНЫ РЕКОМЕНДАЦИИ МВФ ПО СОЦИАЛЬНОЙ РЕФОРМЕ»
Дмитрий Фетисов — директор агентства NPR Group, политолог:
— Тут не столько ЛДПР, сколько стечение обстоятельств, фактор протестного голосования, непопулярность тех глав, которые были, — Шпорта и Орловой, а также протест против пенсионной реформы. Если мы посмотрим, то между первым и вторым туром значительно возросла явка, в большей степени в Хабаровском крае и в меньшей степени во Владимирской области. Это произошло за счет того, что события в Приморье и инцидент в Хакасии показали жителям, что, по сути, через выборы они могут добиться отставки непопулярного главы. Так и получилось. Жители поверили в этот инструмент, более активно пошли на выборы. Если посмотреть на голоса, то по количественному показателю ни Шпорт, ни Орлова буквально ничего не добавили, а их оппоненты добавили очень сильно, поэтому их результаты хоть и близки к результатам единороссов, но это не совсем верно. У нас если даже взять выборы этого года, то рекордсменами стали Андрей Клычков и Александр Бурков — представители КПРФ и «Справедливой России» соответственно. Тут же, скорее всего, надо говорить не о результатах, которые близки к результатам единороссов, а о высоком уровне протеста в этих двух регионах.
То, что Фургал и Сипягин — дублеры, уже не просто мнение, а факт. Тот же Фургал давно находился в нормальных рабочих отношениях с пока еще действующим губернатором Шпортом, у них были партнерские отношения, это было заметно. Скорее всего, штаб Шпорта же и просил Фургала принять участие в выборах, рассчитывая уровень интриги на выборах, так как Фургал — сильный политик в регионе, он был сильной кандидатурой на выборах. В данном случае он стал той фигурой, вокруг которой сконцентрировался протест.
С Сипягиным гораздо интереснее — это явный спойлер Орловой. При этом он не был известным политиком в регионе, его рейтинг был в пределах статпогрешности. По сути, мы увидели, что во втором туре ему удалось собрать вокруг себя голоса, а в первом туре они отдавались за других оппозиционных кандидатов, которые тоже в большей части были спойлерами. И вот тут встает вопрос об управлении регионов. Если Фургал имеет немаленький опыт работы в федеральных структурах, имеет связи в федеральных органах власти, то Сипягин — это откровенный фарс, непонятно, как он будет работать. Скорее всего, мы увидим ситуацию, когда через год Сипягин окажется более непопулярным, чем Орлова сейчас.
Евгений Федоров — депутат Госдумы от «Единой России»:
— Я думаю, все понимают, что это протестное голосование. Другое дело, что логика протестного голосования отсутствует, то есть не «я голосую за хорошего кандидата», а «я в знак протеста выбираю себе, что получится». А что получится — это еще вопрос. Понятно, что ухудшилось взаимодействие властей при любых раскладах федеральных и областных властей, а это значит, что ухудшилась жизнь граждан хотя бы по одному этому фактору. Явка не такая высокая, но люди предпочли такой спектакль, потому что протестное голосование — это спектакль реальной жизни. Значит, придется платить. Причем у меня вопрос не к тем, кто пришел (их не так много), а к тем, кто не пришел, потому что за них приняли решение об ухудшении их жизни. Ребята, получите то, что хотите.
Кремль и единороссы — это не одно и то же. Кремль — это Путин, он выдвиженец народа. Грубо говоря, Кремль может опираться не только на «Единую Россию», но проблема не в Кремле. Мы же понимаем, откуда протестное голосование: от того, что, в соответствии с российской Конституцией, были выполнены рекомендации МВФ по социальной реформе: повышение налогов, НДС, налоговый маневр, из-за которого повысились цены на бензин и т. д. Это все рекомендации МВФ. Мой вывод простой — нам надо менять принципы, по которым функционирует российская правовая система, являющаяся, как говорит Владимир Владимирович, частью американского однополярного мира. Нужно проводить внутренние реформы по восстановлению суверенитета. А если они не назрели… Судя даже по протестному голосованию, люди понимают, что плохо — это плохо, но еще не понимают, что хорошо — это хорошо. А хорошо — это значит проводить референдум по Конституции, восстанавливать суверенитет, то есть отменять часть 4 статьи 15 Конституции и возвращать право на идеологию хотя бы для целей законотворчества. Как можно написать национальный закон, не имея цели и идеологии? Этот вывод достаточно очевиден для наших дедов и прадедов, но неочевиден для большинства населения РФ. Пока. Значит, будем проходить испытания до тех пор, этот вывод не придет в голову.
«НАРОД ПРОСТО УСТАЛ ОТ «ЕДИНОЙ РОССИИ», ОТ ГЕГЕМОНИИ ЭТОЙ ПАРТИИ»
Игорь Лебедев — вице-спикер Госдумы от ЛДПР:
— Ни Фургал, ни Сипягин никакими дублерами или техническими кандидатами не являлись. Оба выросли в своих субъектах. А Фургал к этому моменту прошел весь путь от депутата Законодательного Собрания до председателя комитета Госдумы по здравоохранению. Он неоднократно принимал участие в выборах. На прошлых выборах губернатора набрал 20 процентов голосов и занял второе место, потом победил по одномандатному округу на выборах в Госдуму от Хабаровского края. То есть он постепенно, поэтапно шел к этой победе и, наконец, к ней пришел. Да, на 75–80 процентов победа наших кандидатов — это планомерная ежедневная правильная политика, которую проводит наша партия в стране и в этих субъектах в частности. Ну и конечно, любая победа связана еще и с тем, что народ просто устал от «Единой России», от гегемонии одной партии. Нам КПСС навязывали 70 лет. Теперь навязывают «Единую Россию». И мы уже несколько лет им говорили: «Вы повторяете ошибки коммунистической партии». Но нас не слышали. И вот теперь народ сказал им то же самое. Приморье, Хабаровск, Владимирская область, Хакасия. Если бы это был один случай, то можно было говорить, что это произошло случайно, так же как два года назад на выборах в Иркутской области, где победил коммунист и все говорили, что это случайно. Но сейчас же четыре субъекта показали власти и Кремлю, что народ устал от той политики, которую они проводят. Народ хочет перемен, поэтому сейчас для оппозиционных партий, в частности для ЛДПР, очень хорошее время. Кстати, сейчас, когда четыре региона высказывают недоверие партии власти (не только на Дальнем Востоке, но и в Сибири и в центре), ставится под сомнение результат и в остальных субъектах. А если вы проанализируете результаты выборов в законодательные собрания, то увидите, что «Единая Россия» везде набрала 30–40 процентов. Это ее настоящий результат, как у любой партии власти. У оппозиции — 70 процентов. И мы ее и делим между собой с другими партиями. Какие выводы из всего этого должен сделать Кремль? Пусть они сами себе ломают голову и думают, что им делать. Я же могу сказать, что мы уже сейчас начнем готовиться к следующим губернаторским выборам, потому что в следующем году еще ряд субъектов проводит выборы губернаторов, и мы уверены, что нам удастся провести еще несколько губернаторов. И за оставшиеся пять с лишним лет до следующих выборов президента мы сможем провести в губернаторы представителей ЛДПР более чем в половине субъектов. А это значит, что кандидат от нашей партии на выборах президента будет иметь все шансы на победу.
Наши победившие кандидаты, безусловно, смогут стать эффективными губернаторами. И у нас есть ярчайший пример, доказывающий это, — наш губернатор Островский Алексей Владимирович в Смоленской области. Ни одного критического замечания за все время его работы не прозвучало ни от одной партии. Он смог создать такую атмосферу в области, что его поддерживают все политические силы. Он не прогибается под федеральную власть, но все делает для того, чтобы жители чувствовали, что в области есть хороший, работающий губернатор. И Фургал Сергей Иванович, и Сипягин будут действовать по примеру Алексея Владимировича — и вы очень скоро увидите перемены в тех субъектах, где они победили.

Источник: «БИЗНЕС Online»: https://www.business-gazeta.ru/article/396366

Оставить комментарий

Войти с помощью: