Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

Улетевший народ.

Ернар Масалим (Республика Казахстан).
8 мая 2017 г.
Спитамен, дразнивший Двурогого “огнями на курганах”; Ширак, заведший на гибель в пустыню солдат Кира; Томирис, отрубившая голову Дарию; Рустем на рыжем тулпаре Жель… и все с акинаками – кто они нам?
Возникший во мне еще в детстве тогда еще просто романтический интерес к истории номадов – в противовес филистерской тягомотине советских историков о кровожадных, отсталых кочевниках, “трутнях человечества”, и, в особенности, о бедном, ничтожном, терпящем поражения от кого только возможно (особенно от таких же убогих “калмаков”) народце “казахов”, который и возник-то неизвестно откуда только в пятнадцатом веке, а до них на их земле жили какие-то андроновцы, скифы, которые были иранцами… вся эта фантастическая белиберда, ставшая чуть не «классикой» современной историографии – и побуждает меня сегодня взяться за перо, точнее, тянет пробежаться пальцами по мягкому телу “клавы”, чтобы изложить, что я узнал и что думаю обо всем этом сегодня…
Действительно, нам со школы внушали, что наши предки были иранцами. Не совсем так, точнее, нам говорили: те, кто жили в наших степях до нас – казаков, кыпчаков, тюрков – были иранцами, потому что говорили на иранском языке. Следовательно, они не могут быть нашими предками, а могут – ахмединижада и прочих аятолл. И хотя они от начала времен (доскифских еще называют андроновцами, дандыбай-бегазийцами; по фейсам догадываясь – “индоевропейцы” это) жили под этим небом в этих степях – рождались, любили, рожали детей, скакали по ковыльным степям срединной равнины Сары Арки, по предгорьям и горам Чингистау, Алатау, Улытау ; воевали, побеждали Кира, Дария (которые тоже были, кстати, иранцами), даже самого Искандера Двурогого; умирая, хоронили себя в золотых одеяниях в огромных курганах-пирамидах… Потом они, это… исчезли, пропали, улетели (выходит – то был народ с крыльями), и вместо них в этих… то есть, в наших степях стали поживать мы – тюрки-казаки. (Такое изложение нашей истории точно соответствует бредятине и сегодня излагаемой «традиционными историками» в школьных – и всяких – учебниках, книгах, одним словом – введенной в «научный оборот»).
И когда я на уроке истории спросил рассказывавшую эту, с позволения сказать, “историю” нашего учителя – практикантку из пединститута, простодушную и смазливую девицу, куда же они, скифы, все же делись, она, превратившись из милой “исторички” в злобную истеричку, сказала, как отрезала: «Исчезли они. И все. Садись и не задавай глупых вопросов». Происшедшая с ней метаморфоза показала мне, что я, бессменный “задавака” в классе, задал вопрос, которым задаваться не следовало.
Значит, начал думать я, Спитамен, который жег «огни на курганах», дразня, побеждал Александра Македонского; Ширак, который, завел, как Иван Сусанин, солдат Кира в безводную пустыню; царица Томирис, отрубившая голову Дарию, и красавец Рустам на золотисто-рыжем коне Жель, и все остальные… с акинаками… они исчезли, сгинули, пропали. Улетели. Неизвестно куда.
И вот тогда, думаю я, наверное, во мне и зародилась, сейчас порою так нехорошо проявляемая, неприятие так называемой «официальной истории», хотя другой тогда и не было. Нет, все же она была, была и тогда, просто ее – nagyz tapihty (историю настоящую, непридуманную) – надо было искать, нашедши – читать вчитываясь, сопоставлять, анализировать – познавать, одним словом. Не знаю, нашел ли я то, что искал, но я пытался и продолжаю пытаться.
А на следующий день после моего quaestio наш старший корефан, главарь нашей тесной интеллектуальной шайки (я, да мой друг Отто) дядя Коля Боссман сказал, что никуда они, скифы, не делись, не улетели и не сгинули, что скифы – это «мы», вернее, «вы – қазақтар”. Такую же ясность и прямоту нашел я недавно в высказывании баварского тюрколога Андреаса Давида Мортдмана, который в XIX веке так и заявил: «Саки – это просто-напросто турки». И незабвенный Морис Симашко же самое, но несколько поэтично изложил: “По этническому ядру казахи являются древним автохтонным населением огромной страны, ныне (когда-то она была намного больше, Е.М.) занимающей пространство от Волги до Каспия до границ Китая, от жарких пустынь Средней Азии до российской Сибири. От начала времен они жили на этой земле. А называли в древности, как и недавно, этот народ – кайсаки. То есть кеевы саки, означало это в то время их службу – царские саки. Впоследствии стало это этнонимом, названием народа”.
Ақсақ Орыс моего детства тогда еще добавил: себя они, носившие острые шапки, уж точно не назывались «скифами», их так называли римляне или «отец истории» Геродот, точно он не помнил, «и это обидное слово, Әйнәй (мое дворовое погоняло), запомни, оно значит – дикарь, злой дикарь». А как они себя называли, теперь уже «мои скифы», он не знал. «И не хаомоваргами, массагетами и тигрохаудами, поверь мне», – сказал он еще. Мне стало жаль, так нравились два эти последние имени…
А лингвист Ю. Н. Дроздов, автор толстенной монографии “Тюрскоязычный период европейской истории” уверен, что себя звали – асами… (Об асах и асиньях разговор впереди будет на целый пост).
И когда я, вечный поисковик, недавно раскрыл (оказавшейся умной и веселой от злости) книгу Александра Бушкова «Чингисхан. Неизвестная Азия», надо же, сразу наткнулся на следующее: «Где скифы? А они исчезли. Как? Каким образом? Вам же русским языком академик объясняет: и-с-ч-е-з-л-и!!!»… и вспомнил я своего учителя.
История – это догадка, наитие, опыт, который приходит тебе из книг и рассказов стариков. Понять, какое оно было, прошлое, по тому, что видишь, наблюдаешь, безответственно слушаешь сейчас – невозможно. Разве что не садишься в машину времени и летаешь на ней по времени, как по степи. Но мир, в котором живешь сейчас, он и прежде был. Красочный, древний. И живет он в книгах. В свидетельствах очевидцев и пересказах свидетельств этих очевидцев, называемых «источниками», в ранних, поздних и современных исследованиях-интерпретациях-пересказах (опираться будем на них).
И еще, история – наука эмоциональная. Для меня, во всяком случае. То, что знал “дядьколя” про скифов, нынешняя традиционная, официальная – не знаю, как еще назвать, хоть горшком – историография не знает и знать не хочет. Хочется выпустить на них собак, хотя, какие они собаки… Вот они.
В нынешней и донынешней, до последней клетки не-мозга европоцентристкой – называемой еще «традиционной» – истории и историографии (по уверению независимого российского исследователя А. Бушкова: «самого оккультисткого течения в науке») принято считать, что «в Европе и в плодородных регионах Азии испокон веков жили народы индоевропейские, а те, кого называют тюрками, пришли на эти территории как дикие кочевники только в VII–IX вв. нашей эры». И эти пришлые дикие кочевники (дальше, пожалуйста, внимательней) превратили в себя, т.е в тюрков, этих самых (многочисленных) «индоиранцев-индоариев», имеющих, опять же, по заверению оккультистов, «с III тысячелетия до н.э. до VI в. н.э. мощные государственные образования с высокой материальной и духовной культурой”. Хотя в истории дальнейшей, в других случаях с другими народами, те же историки, как правило, «выдают» обратную картину, где «завоеватели чужих земель постепенно подвергаются ассимиляции под влиянием многочисленных аборигенов», и, согласно такой логике, тюрки сами должны были превратиться в индоуток, сорри… индоариев.
Кстати, это идея легкой исторической метаформозы, т.е превращения одних народов в другие, так пришлось по вкусу некоторым историкам, что они с охотой применили ее в отношении аргынов, найманов, кереев, коныратов, которые были «монголами» с Чингисханом, но в дальнейшем зачем-то и отчего-то взяли и превратились в тюрков-казаков.
Выходит, народы могут иногда и исчезать, хотя, как говорил один из отцов выдуманной русской истории Карамзин: «Народы не падают с неба и не скрываются под землю». Но они могут и улететь туда, откуда не падают, коли нет других объяснений. Так в случае со скифами Великих Степей, где в условном Седьмом Веке, как чёрт из табакерки выскочили-появились доселе неизвестные тюрки, а ираноязычные скифы-индоевропейцы куда-то вмиг запропастились. Как смакует Бушков: «… на немаленьком пространстве обитал многочисленный народ со скотом и кузницами, с царями и знатью, с чадами и домочадцами – и вдруг взял да «исчез». Причем слово это историки пишут не краснея, с таким видом, словно само по себе это объяснение. Где скифы? А они исчезли. Как? Каким образом? Вам же русским языком академик объясняет: и-с-ч-е-з-л-и!!! Впрочем, иногда (надо полагать в виде особой милости) историки позволяют тому или иному народу «частично смешаться с завоевателями». Но такое благодушие у них проявляется редко. Гораздо чаще звучит категорическое: исчезли! Воля ваша, но в жизни так не бывает». «Нет, бывает»,- говорят «традиционные» историки. Пока скифы-иранцы вместе с царями, кузницами и воинами куда-то улетали, исчезали и испарялись, в маленькой роще Отукен на Алтае прятался-маскировался небольшой народец тюрки-тюркюты во главе с «князем» Ашиной, чтобы затем, выйдя из этой рошицы, занять, заполонить собой земли до Дуная. Честное слово, так выглядит в нескольких словах вся “официальная” история тюрков.
В целом, основной постулат это «прыщавой» (в смысле, что, в общем и целом она «выскочила» в Европе во второй четверти 19 века как тезис о народах «исторических» и «неисторических», затем был с удовольствием подхвачен историками «Третьего Рима», советской и донеешней) науки таков: мир прост как репа пареная и делится на два полюса, один – тёплый и благостный, в основном греко-романский (ну, еще славянский, говорят русско-советские), ну, можно еще туда включить Египет, Китай с его выдуманными «открытиями», какие-нибудь Аккады-Шумеры, никогда не существовавший Урарту, еще что-то … Называется этот полюс – «Цивилизация». Ему противопоставлены – «Варвары». Это холодный, жёсткий мир тупых недочеловеков номадов-скотоводов. И если они что-то создают, к примеру, свою философию, или какой-нибудь свой изобразительный стиль (лучше назвать его «звериным»), то они, скорее всего, не тюрки (хотя все и происходит на их землях), а скажем … «индоевропейцы», токмо «кочевые». И если вдруг обнаружится в степях в предгорьях Орала «Страна городов» с фантастическим градом Солнца Аркаимом… или же в предгорьях Алатау отыщется Золотой Человек, «официальная» наука, не моргнув глазом, говорит: «Город будущего», конечно же, построен индоевропейцами, а Золотой Воин (рядом с которым нашли чашу с тюркской руникой, где написано по-тюркски «Oğa sen anq iç sak. Söz ereng ögünc səs-üni erir üzə» – «Сак, испей ты клятву именем (своего) народа!»; кстати, казаки до сих пор “пьют клятву” – “ант ішу” – их расхожее выражение) тоже просто … «индоевропеец».
Меня же с детства, с точки отсчета моего «исторического самопросвещения», сильно смущал этот термин – индоевропеец. Европеец, это понятно, житель Европы, хотя за каким чертом он оказался в моих степях, и что он в нем делал, непонятно. Но первая часть этого сложного слова меня убивала совсем. Не индеец, а индо…, в общем, вы поняли, индус, из джунглей, из тераи Ганга или из подножия Гималаев. Что он делал здесь, в моих степях Кара Аула и куда потом делся… «Как мог европеец и индус объединиться в одно целое и жить в моих степях, а потом куда-то исчезнуть, и вместе него потом появиться казаху…», – должно быть, думал я. Индоевропеец был для меня такое же несочетаемое, как афрояпонец, или китайямайя, хотя, конечно, при определенных случаях они могут сойтись, и даже… ну, это.. вы понимаете, но дать потомство в виде целого народа… Как пишет Бушков: «Индоевропейцы – это еще одна «фишка», служащая неким универсальным объяснением в тех случаях, когда более детальные объяснения искать долго и не хочется. Ничего не объясняя, вроде бы объяснить все. «Индоевропейцы», мол, – а, следовательно, более точные разъяснения как бы и неуместны. Вот и странствуют по страницам ученых трудов продукты поэтического словоблудия: не только «индоевропейцы», но и «индоарии» и даже некие загадочные «праиндогерманцы». То, выйдя из Индии, добегут до Скандинавии и, отдохнув там чуточку, вернутся в Азию, то, наоборот где-то в Карпатах произойдя (очевидно, с неба упав), двинутся в азиатские просторы, чтобы нести свет цивилизации тамошним дикарям… В общем, когда у нынешнего «экстрасенса» не получается очередной отворот-приворот или «код на повышение котировки акций», он с загадочной рожей бормочет: «Однако, какая-то неведома сила…» А ученый, когда ему что-то решительно неясно, со значительным лицом изрекает: «Индоевропейцы, ага». И все вроде бы должно быть понятно, хотя не ясно ни черта» (А. Бушков, «Чингисхан. Неизвестная Азия»).
Лингвист Ю.Н. Дроздов тоже с недоумением пишет: «Языки современных европейских народов относятся к языковой семье, которая названа ‘индоевропейской’, хотя не удаётся найти ни одного античного источника, в котором бы фиксировались какие-то следы пребывания индусов или родственных им народов на европейской территории».
Индус-европеец, он же осетин, говорящий на персидском – вот квинтэссенция, пятая стихия – эфир современной историографии…
Как пишут учебники истЕрии – «индоевропейцы» говорили на иранском языке, хотя, корректней было бы тогда написать – на «персидском», ведь иранским язык современных иранцев стали называть совсем недавно, а существовавший до него language сами же историки называют древнеперсидским, пока тот не разделился на фарси, дари, пошто, корди, точики, балучи и пр. Интересно, на каком же –и–чи-ки-ко говорили древние обитатели Сары-Арки, не на современном осетинском же. И если говорили они все же на персидском, то как понимать слова из Книги пророка Иеремии из Ветхого Завета, где тот возвещает: «Вот, Я приведу на вас, дом Израилев, народ издалека, говорит Господь, народ сильный, народ древний, народ, которого языка ты не знаешь, и не будешь понимать, что он говорит. Колчан его — как открытый гроб; все они люди храбрые. И съедят они жатву твою и хлеб твой, съедят сыновей твоих и дочерей твоих, съедят овец твоих и волов твоих, съедят виноград твой и смоквы твои; разрушат мечом укрепленные города твои, на которые ты надеешься». Речь идет о «льве, выходящем из чащи», об «истребителе народов» – скифах. И как же сам Ирмияху (Иеремия), и весь «дом Израилев», не могли понимать языка этого «жестокого и неумолимого» «народа с Севера», если бы те говорили на языке их соседей – торгашей и хороших воинов: персов и мидян. А ведь Св. Иоанн Златоуст рекомендовал «читать (книгу) блаженного Иеремия прежде других (пророков), как более ясную», что, как я понимаю – более историчную.
А.П. Смирнов, написавший известную монографию о скифах ираноязычных, на второй же ее странице вздыхает: “Если говорить откровенно, то спорными, дискуссионными продолжают оставаться все основные вопросы истории скифов”. И тут же для вящести своих слов тоже комментирует и цитирует тринадцатую книгу Танаха из Ветхого Завета, в библейском каноне – Книгу пророка Иеремия: «Движение скифов вызвало такой страх, что никто и не думал защищаться – «Объявите в Иудее и разгласите в Иерусалиме, и говорите, и трубите трубою по земле; взывайте громко и говорите: “соберитесь, и пойдем в укрепленные города”. Выставьте знамя к Сиону, бегите, не останавливайтесь, ибо Я приведу от севера бедствие и великую гибель. Выходит лев из своей чащи, и выступает истребитель народов: он выходит из своего места, чтобы землю твою сделать пустынею; города твои будут разорены, останутся без жителей. Посему препояшьтесь вретищем, плачьте и рыдайте, ибо ярость гнева Господня не отвратится от нас». Только вот не говорит ясновидящий, что надо бежать не останавливаясь от тех, кто из одного колена с персами и мидийцами, а ведь должен был на то указать. А не указал он потому, что львы из чащи говорили на совершенно неведомом тогда для жителей Ближнего Востоке языке Севера – на тюркском языке.
Источник: блог Е.Масалима.

Оставить комментарий

Войти с помощью: