Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

Российская наука: назрела реформа?

Елизавета Макарова (Москва).

16.10.2016 г.

Учёные РАН провели «Неделю протеста» в связи с грядущим сокращением финансирования фундаментальных исследований. Получатели мегагрантов тоже говорят о необходимости финансовых вложений в дальнейшее развитие их лабораторий. Талантливые выпускники вузов предпочитают продолжать научную карьеру за рубежом. С бюджетом всё непросто. Есть ли будущее у отечественной науки?

Мегагранты: программа хорошая, но будущее в тумане.

19 сентября Владимир Путин встретился с учёными, получившими мегагранты на научные исследования. Программа мегагрантов реализуется в России уже шесть лет (согласно постановлению правительства «О мерах по привлечению ведущих учёных», принятому в 2010 году – profiok.com). Она направлена на привлечение к работе в России учёных, работающих за рубежом: на полученные деньги исследователи высочайшего уровня, в том числе наши соотечественники, могут проводить научные исследования в России, разворачивая работу профильных научных лабораторий. На сегодня в программу инвестировано около тридцати миллиардов рублей, в России создано 160 лабораторий международного класса. По выражению Владимира Путина, это «конкурентоспособные исследовательские коллективы». Таким образом, программа позволяет не только помочь учёным мирового уровня реализовать свой потенциал в России, но и поднять отечественную науку на новую ступень, привлечь к научным исследованиям талантливую молодёжь.

Тематика работ, по которым выделяются гранты, как и учёные, под руководством которых проводится работа, выбираются самым тщательным образом. Сейчас в программе участвуют 78 зарубежных и 82 российских учёных, из которых 57 проживают за границей. Среди них есть лауреат премии Филдса и несколько Нобелевских лауреатов. Научные лаборатории созданы в 25 российских регионах. В этих лабораториях около трёх тысяч молодых учёных получили возможность работать с лучшими исследователями мира: средний возраст сотрудников – 35 лет. И самое главное: во многих научных областях уже получены результаты, причём речь идёт не только о математике и физике, где Россия традиционно показывает высокий уровень, но и в принципиально новых, современных науках – когнитивной психологии, вычислительной биологии, медицине и других. К примеру, созданы новые механизмы диагностики онкологических заболеваний. Практическое внедрение результатов исследований уже началось.

«Программа пока рассчитана на период до 2020 года, и, конечно, мы будем думать над перспективами её продолжения, – сказал Владимир Путин. – Мы довольны тем, как она развивается».

При всех безусловных плюсах программы мегагрантов у неё есть один существенный минус, о котором в той или иной форме говорили все учёные, присутствовавшие на встрече с президентом. Гранты, какой бы существенной ни была выделенная сумма, краткосрочны, и после завершения исследований, даже если достигнуты весомые результаты, учёным и всем, кто принимал участие в научной работе, придётся думать, что делать дальше. Так, руководитель лаборатории оптики спина имени И.Н.Уральцева СПбГУ Алексей Кавокин считает, что западный учёный не приедет работать в Россию, «если у него не будет гарантии будущего, если не будут созданы лаборатории, институты, которые смогут существовать не два-три года, а десятилетия». То же, по мнению участников встречи, можно сказать о талантливых аспирантах: каждый из них задумывается о перспективе, а поэтому готов выбрать скорее работу в стабильной коммерческой компании, чем краткосрочный грант, пусть даже на самых привлекательных условиях. По тем же причинам многие молодые учёные стремятся уехать на Запад.

«На определённом уровне научных исследований не очень важно, куда человек поехал поработать. Важно, чтобы он понимал, где его причал», – попробовал перевести разговор в философское русло Владимир Путин.

Но участники встречи были настроены на конкретику. Отбор талантливых школьников, работа с талантливыми студентами и аспирантами – всё это не имеет смысла, если не давать возможности молодым учёным встать на ноги, закрепиться в отечественной науке и сознательно связать с ней свою судьбу и карьеру. «Ребята великолепные. Таких талантливых студентов в Америке я не видел, – говорит руководитель лаборатории молекулярной нейродегенерации Санкт-Петербургского политехнического университета Илья Безпрозванный. – Сейчас все механизмы финансирования завязаны на людей с хорошей публикационной активностью, с хорошими статьями, которые уже как бы оперились. Нужен какой‑то механизм, который помог бы этим ребятам продержаться следующие пять лет карьеры после защиты диссертации». В противном случае, уверен учёный, эти молодые люди уедут на Запад, что было бы обидно с учётом усилий, потраченных на их поиск и обучение.

«Человек может чувствовать себя человеком мира, но он должен понимать, где его дом, где его причал, – повторил Владимир Путин, но на этот раз развил свою мысль в практической плоскости. – Конечно, для этого нужно создать условия здесь. Для того чтобы человек чувствовал, что здесь его дом, всё это должно быть сделано, эта инфраструктура и эта деятельность должны быть развёрнуты. Должны быть якорные системы».

Участники встречи сообщили главе государства, что подготовили некий документ, содержащий их коллективное видение того, что нужно делать для развития отечественной науки. Документ включает три круга мер. Прежде всего, это работа с талантливой молодёжью – олимпиады, гранты, мероприятия в «Сириусе» и так далее. При этом необходимо продолжать поддерживать молодых талантливых учёных хотя бы в первые 10 лет развития их научной карьеры. Кроме того, нужно продумать схему дальнейшего финансирования лабораторий, созданных на базе мегагрантов. Помимо этого, важно создать в стране единую инфраструктуру для научной работы – например, объединив ресурсную базу различных лабораторий. Эти три спектра проблем касаются, по большей части, организационных или институциональных мер. Однако не менее важно определиться с научными приоритетами хотя бы на ближайшее десятилетие, и это на порядок более сложный вопрос, чем организационные решения.

Комментируя выступления учёных, Владимир Путин второй раз за время встречи произнёс слово «система». «Грантовое финансирование важно, но оно не решает проблему стабильности, – заключил президент. – Поэтому мы будем готовы продумать и реализовать по вашему предложению такую систему, которая будет именно системой, рассчитанной на достаточно длительную или, как говорят, как минимум среднесрочную перспективу – на 5–7–8 лет. Но нужно ясное понимание, какой продукт мы должны предложить».

Президент подчеркнул, что должна быть создана «живая система», приносящая плоды не только отечественной, но и мировой науке, подразумевающая развитие междисциплинарных школ, обмен опытом и наработками с зарубежными коллегами, становление молодых учёных. Что касается приоритетных направлений исследований, то они будут включены в стратегию научно-технологического развития России на долгосрочный период, которая будет разработана к концу текущего года. В стратегии будет учтён, в том числе, положительный опыт реализации программы мегагрантов.

Приоритеты науки: внутренняя логика или ответ на вызовы?

Два дня спустя помощник президента Андрей Фурсенко встретился с победителями конкурса мегагрантов на форуме «Наука будущего» в Казани. На совещании за закрытыми дверьми обсуждались ключевые вопросы стратегии развития российской науки. Как рассказывает корреспондент «Коммерсанта», которому удалось поприсутствовать на встрече, Фурсенко сообщил, что государство поддерживает науку «при ограниченных ресурсах», а значит, не может позволить себе «помогать всем». При этом нужно учитывать, что «перераспределение средств подразумевает ужесточение требований», что означает, что если научный коллектив, однажды уже выдавший хороший результат, больше не показывает прорывных результатов в течение нескольких лет, то средства следует отдать тем, «кто результатов ещё не достиг, но имеет более высокий потенциал».

К проведению научных исследований существует два принципиально разных подхода, напомнил Андрей Фурсенко. Один из них соответствует так называемой «внутренней логике» науки: учёные занимаются тем, что интересно им самим и без чего, как они считают, будущее науки попросту немыслимо. Другой подход более прагматичен: науке предстоит отвечать на внешние вызовы и решать конкретные проблемы, стоящие перед государством. Разумеется, в истории науки есть масса примеров, когда авторы открытий, перевернувших мир, просто проводили исследования, не задумываясь ни о каких вызовах. Но может ли сегодня Россия позволить себе финансировать такие «просто исследования»? С другой стороны, научные разработки, заведомо имеющие прикладное применение, наверняка имеют и заказчика, готового за них платить. Должно ли государство тратить средства на финансирование таких проектов? Задав учёным эти вопросы, Фурсенко напомнил, что вопрос выбора направлений и проектов, достойных государственного финансирования, должно делать само научное сообщество.

РАН и ФАНО: возможно ли договориться?

Летом этого года (14.06.2016 – profiok.com) Владимир Путин встретился с президентом РАН Владимиром Фортовым и руководителем ФАНО России Михаилом Котюковым. Во время разговора оба собеседника убеждали главу государства в том, что взаимодействие между структурами налажено и реформы идут по плану. Тем не менее, реструктуризация РАН стала крайне болезненным и сложным процессом.

Правда, консервативная реакция на изменения не всегда оказывается оправданной. Сколько недоумения было по поводу объединения РАН с Академией медицинских наук и Академией сельскохозяйственных наук! Но результаты появились уже сейчас, поскольку снялись барьеры между научными разработками и внедрением результатов – например, в клинических учреждениях и в АПК.

Активно идёт процесс омоложения научных коллективов. Введён институт профессоров РАН: академию пополнили 500 молодых докторов наук, после чего, по словам Владимира Фортова, появилась «сильная динамика». На выборах членов-корреспондентов и академиков РАН, которые пройдут в конце октября, часть вакансий предполагает, что кандидаты будут не старше 50 лет. Были введены возрастные ограничения на выборах директоров научных институтов – и достойные кандидаты, вопреки опасениям, нашлись.

Самым больным вопросом, как водится, остаётся вопрос финансирования. Предвыборная неделя прошла в дебатах и межпартийных спорах, поэтому многие, возможно, не заметили «Неделю протеста», которую проводил профсоюз РАН. Учёные протестовали против сокращения расходов на науку в 2016 году, требовали повысить уровень финансирования фундаментальных научных исследований в 2017 году и доведения уровня затрат на научные исследования и разработки в 2017 году до 1,77% ВВП.

Поскольку деньгами, отведёнными на научные исследования, распоряжается теперь не сама РАН, а ФАНО, претензии учёных направлены, в первую очередь, в адрес этой организации. Ситуация во многих научных институтах действительно непростая: не хватает денег не только на заработную плату сотрудникам, но и на оплату налогов и коммунальных платежей. Раньше эти вопросы удавалось решать, сдавая в аренду часть помещений, но теперь это запрещено, поскольку имуществом РАН ведает ФАНО.

Министр образования и науки Ольга Васильева пока ситуацию в РАН и вообще вопросы развития науки никак не комментирует. Однако вскоре после вступления в должность она назначила заместителем министра Алексея Лопатина, ранее работавшего заместителем руководителя ФАНО. На встрече с ректорами в Самаре Васильева сообщила, что Алексей Лопатин займётся «очень тонкими» задачами, связанными с взаимодействием научных институтов с ФАНО. Министр заметила также, что это «системная, не сиюминутная» работа. «Я думаю, мы это решим», – обнадёжила присутствующих Ольга Васильева.

Аспирантура: извольте защищаться!

На форуме «Будущее науки» в Казани обсуждалось также будущее вузовской аспирантуры. Чиновники Минобрнауки готовят масштабную реформу этой системы. По словам заместителя министра образования и науки Людмилы Огородовой, менее трети аспирантов после окончания аспирантуры защищают диссертации. В результате страна недополучает специалистов с учёными степенями, а Счётная палата предъявляет претензии Минобрнауки за неэффективное использование государственных средств. «Веер аспирантов, если они не будут защищать диссертации, никому не нужен», – приводит РИА Новости слова министра образования Ольги Васильевой, произнесённые во время встречи с ректорами вузов Волгоградской области. Иными словами, планируется сделать защиту диссертации обязательным элементом обучения в аспирантуре. Сейчас это требование нигде не зафиксировано.

Ещё один момент. Если много лет назад аспирантура была ориентирована, как правило, на подготовку вузовских преподавателей (собственно, поэтому в программах для аспирантов так много времени отведено педагогической практике), то сегодня в кандидатах наук есть потребность и у предприятий, и у органов государственного управления. Сторонники реформы считают, что педагогической практике не место в учебных программах для аспирантов. Она отнимает слишком много времени, а карьеру вузовского преподавателя выберут для себя далеко не все аспиранты. Лучше уж потратить три года на максимально глубокую подготовку квалифицированного учёного-исследователя.

Комментарий profiok.com.

«Учёных всегда будет более всего устраивать позиция «дайте денег и оставьте нас в покое». Возможно, при наличии у государства достаточного количества средств и можно было бы позволить им заниматься исследованиями по вдохновению и в своё удовольствие, но сейчас ситуация явно неподходящая, а развитая наука России жизненно необходима. Вывод: реформы неизбежны, – комментирует директор Центра экономического развития и сертификации (ЦЭРС ИНЭС) Роланд Шарифов. – При этом основная причина большинства существующих сегодня проблем – отсутствие системного подхода. Невозможно реформировать РАН, да и науку в целом, не затрагивая смежных сфер. Не получится привлекать и удержать талантливых людей, не обеспечив им достойный уровень жизни, охватывающий и ЖКХ, и здравоохранение, и даже досуг. Нельзя вырастить квалифицированных учёных, не выстроив систему качественного школьного образования.

Возможно, что-то получится сделать в отдельно взятой военной науке, за которую сейчас активно взялся Дмитрий Рогозин, но это потому, что ответственные за это люди занимаются не только наукой, но и всей оборонкой в комплексе – модернизацией, структуризацией, реформированием системы управления, подготовкой кадров. РАН и научные институты в их нынешнем состоянии в условиях бюджетного дефицита финансировать бесполезно. Нужно в корне пересматривать, если не выстраивать с нуля, систему управления наукой, переосмысливать проведение конкурсных процедур, определяться со стратегическими приоритетами. Хорошо, что образование и наука сосредоточены в руках одного ведомства. Отрадно, что решено было объединить думские комитеты по образованию и науке. Радостно, что президент говорит о необходимости выстраивания системы. Надеюсь, вскоре за пониманием задачи последуют продуманные и эффективные шаги».

Источник: http://profiok.com.

 

Оставить комментарий

Войти с помощью: