Skip to content

АНОНС

25 марта выходит из печати книга “Саха кэпсээбэт кистэлэҥэ” - якутская версия “Тайной истории саха”

«Мы с Западом в одной лодке».

Андрей Мозжухин (Москва).

3 октября 2016

 Демограф Анатолий Вишневский о том, как рост населения в мире угрожает России.

Россия стремительно скатывается в демографическую яму — результат низкой рождаемости в 1990-х. Численность населения сокращается, и происходит это под боком у густонаселенных государств азиатского региона. Чем грозит России демографическое давление со стороны ее соседей? Можно ли сравнивать миграционный кризис в Европе с Великим переселением народов и может ли он в обозримом будущем перекинуться на Россию? Об этом «Ленте.ру» рассказал доктор экономических наук, директор Института демографии НИУ ВШЭ Анатолий Вишневский.

Демографический навес Азии.

«Лента.ру»: Вы как-то сказали, что главные проблемы России находятся в Азии. Почему? И насколько эти проблемы связаны с демографией?

Вишневский: Я убежден, что все современные глобальные проблемы, в том числе определяющие место России в мире, прежде всего связаны с демографией. Наша страна остается самым большим государством по территории, но по численности населения давно утратила лидирующие позиции и в этом плане ее глобальная роль продолжает ослабевать. Это связано не столько с изменениями внутри самой Россией, сколько с переменами в мире, прежде всего в Азии.

Именно в Азии?

Да, потому что Азия — это главный резервуар населения Земли, основной двигатель его роста и к тому же наш непосредственный сосед. К сожалению, сейчас на это не обращают должного внимания. Не только у нас в России, во всем мире представления о месте той или иной страны в глобальном миропорядке остаются на уровне середины XX, а иногда и XIX века. Но в те времена расклад был совершенно иным, глобальная демографическая картина сильно изменилась.

Во второй половине XX века в мире произошел мощный демографический взрыв, увеличивший численность населения планеты до семи миллиардов человек, и он еще продолжается. Сейчас в регионах мира, переживающих демографический взрыв, сосредоточено свыше 6 миллиардов человек, из них почти четыре с половиной миллиарда — в Азии. Уже через 20 лет население этой части света превысит 5 миллиардов.

Население России, занимающей огромные просторы на севере Азии, — 146 миллионов человек. В азиатской части нашей страны, на которую приходится 75 процентов ее территории (и 35 процентов всей Азии), проживает менее 30 миллионов человек — лишь 20 процентов населения России.

Вы считаете, что такой демографический навес со стороны наших азиатских соседей угрожает России?

Взрывной рост населения Азии опасен, прежде всего, для нее самой. Мы видим, как болезненно он происходит, создавая огромное социальное напряжение и нарушая веками складывавшийся баланс внутри азиатских обществ. Демографический взрыв сильно препятствует продолжению их модернизации и решению многих социально-экономических проблем. Если эти противоречия продолжат накапливаться, то в обозримой перспективе они могут выйти из-под контроля властей, взорвав социально-политическую оболочку в своих обществах.

Если подобное произойдет, например, в Китае, где правительству пока еще удается справляться с этими проблемами, то эти потрясения неизбежным образом коснутся и нашей страны. В мировой истории очень часто так бывало: для борьбы с внутренним брожением общества власти переключали энергию и агрессию людских масс на внешний контур. Нынешняя Россия для этого выглядит очень удобной и уязвимой мишенью. Мы должны понимать, что в таком случае в демографическом плане наша страна мало что сможет противопоставить. Не стоит забывать, что миграционное давление в истории человечества часто перерастало в военное.

Какими бы теплыми ни были наши нынешние отношения с Китаем, да и другими азиатскими соседями (а они не всегда такие уж теплые), никто не гарантирует, что они останутся такими и через 20-30 лет. Причем от России тут мало что зависит — просто может радикально поменяться внутриполитическая ситуация в соседних странах и возрасти их внешнеполитическая активность.

Сейчас у всех на слуху Турция, а в середине ХХ века это была небольшая страна с населением порядка 20 миллионов человек рядом с огромным СССР с населением в десять раз большим. Мы и не заметили, как население Турции учетверилось, и она превратилась в серьезную силу, на которую приходится оглядываться. И у них там не очень спокойно. Что же говорить о Китае или Индии? Население только этих двух стран к середине века превысит 3 миллиарда человек (Индия обгонит Китай), и у них будет множество нерешенных проблем. Я не знаю, как они станут действовать, но интересы России уж наверно будут для них не на первом месте.

Демографическая революция XX века.

В чем причина этого колоссального демографического взрыва в Азии?

Технически это очень легко понять, хотя все отнюдь не сводится к чисто технической стороне дела. Я подробно писал об этом в статье «Демографическая революция изменила стратегию размножения вида Homo sapiens». Дело в том, что в середине XIX века, благодаря достижениям научно-технического прогресса, в Европе началось беспрецедентное и очень быстрое снижение смертности. Рождаемость тоже снижалась, но не так быстро, как смертность, образовался разрыв, который привел к необычно быстрому росту европейского населения, прообразу нынешнего демографического взрыва. Но тогда у Европы была миграционная отдушина — несколько десятков миллионов европейцев перекочевали за океан. Кстати, похожие проблемы были в то время и у России, но у нее имелись свои миграционные возможности — крестьянское переселение в ту самую азиатскую часть страны, о которой мы только что говорили.

Но все это меркнет перед географией и масштабами нынешнего демографического взрыва, начавшегося после Второй мировой войны. Страны третьего мира быстро осваивали накапливавшиеся с XIX века европейские достижения в области медицины, гигиены и т.п., и смертность быстро снижалась. Рождаемость же долго еще оставалась высокой, что и вызвало резкое ускорение роста населения.

Это очень нежелательный результат, хотя в основе его лежит величайшее достижение — небывалое снижение смертности. На протяжении многих тысячелетий смертность играла роль естественного регулятора роста населения, а теперь она лишилась этой роли, которая перешла к рождаемости. В этом и заключается то самое изменение репродуктивной стратегии. Вместо того чтобы много рожать «впрок», поскольку большинство рожденных не доживет до взрослого возраста, люди рожают мало, зная, что дети, скорее всего, выживут.

Проблема в том, что переход от прежней стратегии к новой требует определенного времени. Снижение рождаемости отстает от снижения смертности (как это было в Европе XIX века) и возникают «демографические ножницы», приводящие к взрывному росту населения. Сегодня этот процесс продолжается в Азии, Африке и Латинской Америке. Но здесь «ножницы» оказались намного больше, чем в свое время в Европе.

Почему?

Во многом по причине очень быстрого темпа снижения смертности. В Европе смертность снижалась постепенно, многие десятилетия, с конца XVIII века, пока Пастер, Кох или Флеминг делали свои открытия. А та же Азия получила все в готовом виде, смертность упала очень быстро, за считаные годы. Для снижения же рождаемости нужны культурные изменения, они так быстро не происходят. Конечно, в конце концов логика развития берет свое, рождаемость тоже снижается, но с отставанием. Несколько десятилетий такого отставания и порождают демографический взрыв. Население быстро растет, а вместе с тем растет и демографическое давление на те страны, где этого взрыва сейчас нет. Это напоминает сообщающиеся сосуды.

Великая миграция.

Испытывает ли Запад такое же демографическое давление со стороны Азии, что и Россия?

Почему только со стороны Азии? А Африка? А Мексика, которая «давит» на США? Но Азия больше и сложнее. Кажется, что Россия стоит в стороне от миграционных бурь, которые бушуют на Западе, но я бы не стал обольщаться. Мы с Западом в одной лодке.

Нынешнее миграционное давление — явление не региональное, а глобальное. Может, я ошибаюсь, но мне кажется, что сейчас мало кто в мире осознает масштаб этой проблемы, хотя о миграционном кризисе говорят много. Когда в середине первого тысячелетия н.э. происходило Великое переселение народов (в основном тоже из Азии в Европу), население всей Земли не превышало 200 миллионов человек. А сейчас одних только мигрантов в мире более 250 миллионов, и их число растет.

На протяжении всей истории человечества миграции играли очень важную роль в решении демографических проблем. Первые люди появились в Африке, но благодаря миграциям постепенно расселились по всей планете. Нам кажется, что это было давно и к нам не имеет никакого отношения, но, например, современное население США создано совсем недавними миграциями. Я уже говорил, что у истоков этих миграций стоял европейский демографический взрыв, который и выдавливал мигрантов из Европы в Америку, в Австралию, да и в ту же Азию. А ведь он был намного меньше нынешнего.

Мы, конечно, сейчас не испытываем со стороны Китая такого миграционного давления, как США со стороны Мексики. Но кто может поручиться, что так будет всегда?

Уместно ли сравнивать нынешнее демографическое давление на Европу со стороны третьего мира с Великим переселением народов времен краха Римской империи?

Разумеется, не следует ожидать буквального повторения тех событий, когда на Европу двигались несметные орды конных лучников, а за ними следовали повозки с женщинами и детьми. Все будет совершенно иначе. Но то, что внутреннее напряжение стран третьего мира, связанное с взрывным ростом населения, будет неизбежно выплескиваться наружу, в «первый мир», можно было предсказать еще 30-40 лет назад. И предсказывалось — да не хотели слушать. У нас пытался об этом говорить наш известный демограф Борис Урланис, а в ответ — начальственный окрик: «Урланис каждый раз пугает слушателей своими антинаучными расчетами безудержного роста населения…» Дело было в 1968 году, почти полвека назад.

Конечно, о том, какие формы могут принять «выплески» энергии демографического взрыва, можно было только догадываться. Но то, что одной из таких форм может стать международный терроризм, мне кажется, нетрудно было предвидеть. Сейчас он часто связан с исламским фундаментализмом, но дело здесь не в исламе. Большинство исламских стран охвачено демографическими переменами, в них резко выросло население, взбух так называемый «молодежный бугор» — повышенная доля молодежи, которая не видит перед собой будущего в этих испытывающих большие экономические трудности странах. Все это благодатная почва для терроризма, это один из отчаянных ответов меняющихся традиционных обществ на новые для них вызовы.

Но миграционное давление — совсем необязательно террористическое, и чаще всего оно не такое. У него объективные причины совсем другого свойства. Модернизация третьего мира привела в движение десятки миллионов людей, прежде сотнями лет живших в небольших сельских поселениях. Поэтому наиболее динамичная и мобильная их часть, лишенная перспектив у себя на родине, в поисках лучшей доли устремилась в благополучные страны Запада с вполне мирными намерениями. Это ценное пополнение скудеющей демографической казны развитых стран может стать очень полезным для них — значит, и для нас. Конечно, среди них могут затесаться и террористы, так для того и существуют службы безопасности, чтобы отделять зерна от плевел.

Известно, что Великое переселение народов в свое время сильно изменило карту Европы. Сейчас может повториться нечто подобное?

Великое переселение народов действительно изменило этническую, языковую и политическую карту Европы. Что касается современности, то в мировых масштабах соотношение между разными народами после демографического взрыва середины XX века уже изменилось и продолжает меняться. Еще недавно в развитых странах проживала треть человечества, сейчас — менее 20 процентов, а к концу XXI века прогнозируется сокращение до 12 процентов.

Демографический рост толкает население развивающихся стран из перенаселенных и бедных территорий в богатые и менее населенные регионы мира. Народы неизбежно будут перемешиваться — от этого никуда не уйти. Миграционное давление на Запад продолжит нарастать, принимая самые разные формы. По моим представлениям, сейчас мы наблюдаем лишь начало этого процесса, только первые пузырьки на поверхности закипающей воды в демографическом котле человечества.

Сетевая герилья третьего мира

К чему все это может привести, учитывая что предки нынешних европейцев тоже когда-то пришли из Азии?

Не все, но многие, гунны, например. К чему эти процессы в итоге приведут, мы сейчас можем только предполагать. Ясно, что простых решений здесь нет и не будет. Нужен очень серьезный анализ, обсуждение разных вариантов ответной стратегии. Но никаких признаков такого анализа у нынешних российских властей я сейчас не вижу (впрочем, и на Западе, по-моему, не лучше). Они могут лишь предложить закрыть границы или придумать еще какие-то бюрократические барьеры, часто в угоду избирателю. Было бы хорошо, если бы проблема миграционного давления на Россию решалась таким способом, но, скорее, это лишь загонит болезнь внутрь.

Насколько сильное сейчас это давление и откуда оно исходит?

В основном со стороны стран Центральной Азии. Что неудивительно, поскольку это бывшие республики СССР, чьим жителям знакомы наш язык и культура. Но давление с их стороны не может достичь уровня нынешнего давления на Европу.

Почему?

В Центральной Азии гораздо меньше население, чем в тех странах Азии и Африки, откуда люди бегут в Европу. Так обстоит дело сегодня, сейчас. В более отдаленной перспективе нам следует опасаться подобного давления со стороны Китая, а, может, и со стороны других азиатских гигантов. Я говорил о «сетевой герилье третьего мира». Но это не я придумал, об этом писали и другие. Издержки модернизации зачастую приводят к радикализации и маргинализации части населения, особенно молодежи. И всегда находятся экстремистские идеологии, отвечающие чаяниям этих людей.

Это можно сравнить с тем, что в Европе и России в конце XIX века и в первой половине XX века большой популярностью пользовались анархистские или марксистские идеи?

Думаю, в основе своей это одно и то же явление, принимающее разные формы. Модернизация никогда не проходит гладко и спокойно, она всегда нарушает прежнее социальное равновесие и дестабилизирует общество. В ходе нее внутри традиционного общества прорастают новшества, которые неизбежно вступают с ним в острое противоречие. Конфликт внутри традиционной культуры порождает маргинальные слои населения, а они находят простые и радикальные способы решения своих проблем. Модернизация — это всегда очень тяжелый и болезненный процесс.

Хотя форма тоже имеет значение. В классическом марксизме утопический традиционализм, безусловно, присутствовал, но был сильно потеснен модернизационными устремлениями. Это все-таки не «Боко харам», для которого западное образование греховно.

Источник: «Лента.ру».

Оставить комментарий

Войти с помощью: