Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

Анкета портала «Россия. Наследие» (вниманию В.Г.Буданова, Г.Г.Малинецкого, А.И.Неклессы)

 

1. История человечества насчитывает три тектонических слома. Первый – переход от охоты и собирательства к земледелию, или неолитическая революция, второй – от рабовладельческого строя к феодализму, или Темным векам, третий – от феодализма к капитализму. В настоящее время мир живет в преддверии, если не в ходе четвертого равномощного макроисторического перелома: от капитализма к … На наших глазах разворачивается смена базовых социально-политических и экономических моделей. По К.Марксу, сфера культуры и идеологии – «надстройка» – оказывается относительно независимой по отношению к «базису». Однако пусть с запозданием – а не исключено, что и с опережением – произойдет переформатирование сферы культуры. Каковы, на ваш взгляд, основные векторы таких изменений?

В.Г.Буданов
Для нас важнее сейчас классификации не по общественным формациям и технологическим укладам, а по информационным революциям. Их в истории человечества было несколько: возникновение речи, письменности, книгопечатанья, телеграфа, радио, телевидения. Была эпоха СМИ, сейчас – эпоха интернета. Что за нею?
Перед нами возникла, и уже реализуется, перспектива создания и борьбы так называемых «жизненных миров», или «умвельтов» в терминологии зоолога и философа Якоба фон Икскюля. Возможны четыре их сосуществующих и конкурирующих типа.
Первый реализует вечную мечту о совершенном человеке. Назовем его условно «возвращение в Эдем». Это богочеловеческий тип идеальной личности. И христиане, и даже коммунисты в ХХ веке стремились построить общины в соответствии со схожими принципами. На Востоке, например, в Индии эти традиции естественным образом продолжаются.
Второй «жизненный мир» – это техномиры, развивающиеся в параллель с человеческой историей. Поначалу техника была лишь инструментом, но со временем она становится все сложнее и разумнее. Все реальнее возникновение параллельной нашей цивилизации роботов, которая может нас во многом превзойти и даже поработить.
Третий тип «умвельта» связан с бегством от реальности. В нейромире не нужно летать к другим планетам, будут стоять опутанные проводами и трубками мозги в коробочках – и грезить, совершая в виртуальной реальности какие-то открытия, подвиги, реализуя свои мечты. Примеров предпосылок множество – от геймерства до авиационных тренажеров-симуляторов. К стати, здесь легко решаются проблемы экологии и перенаселенности планеты – ресурсов много не потребуется.
Четвертый «жизненный мир» только сейчас начинает осознаваться. Это коллективное, ноосферное творчество людей на основе механизмов коллективного бессознательного по Карлу Юнгу. Пятьдесят лет назад возник метод Дельфи прогнозирования развития техники, сегодня развиваются такие методы как краудсорсинг, или экспертиза толпы. Простые люди, не разбирающиеся в проблеме, сообща выдают гораздо более точный результат поиска и прогноза, чем высоколобые теоретики. Здесь мнение большого числа людей усредняется и общество оказывается «умнее» любого индивида, просто оно об этом не знает.
Конечно, в итоге будет реализован симбиоз этих «умвельтов». Основной вопрос — в какой пропорции и какой из них будет доминировать? Многое зависит сегодня от нас, от образа желаемого будущего.

2. Неолитическая революция заняла порядка 8 тысячелетий, переход к Темным векам растянулся на долгие столетия, капиталистический транзит захватил «длинный XVI в.». Сегодня время скомпрессировалось, уплотнилось. Сколько лет может занять наблюдаемый фазовый переход?

В.Г.Буданов
Развитие человечества действительно ускоряется. Я разделяю представление о большом демографического перехода, который проповедовал Сергей Петрович Капица. Первоначально он основывался на модели Форестера, доказывающей, что численность человечества растет и развивается по гиперболе, в режиме «с обострением», но в 20-х годах численность населения планеты должна достигнуть абсурдно бесконечного значения — точка сингулярности. С.П. Капица показал, что этот закон, справедливый уже более миллиона лет, стал лет пятьдесят назад меняться. Число людей на нашей планете должно перестать расти, стабилизировавшись в районе 11-12 млрд. А это влечет за собой колоссальные изменения в ментальности и культуре, которые Эрвин Ласло называет антропологическим сдвигом . По модели Капицы этот переход должен осуществиться к середине ХХI века.
Сценариев и механизмов перехода множество. Это климатические и космо-геофизические катаклизмы, войны и антропопотоки, смешение культурных матриц. На наших глазах происходит переход к шестому технологическому укладу на основе конвергентных нано-, био-, инфо-, когни- и социальных технологий. В благоприятном сценарии культура безудержного потребления должна уйти в небытие. Вместо человека потребляющего появится человек творящий, стремящийся к личностной самореализации — высшего уровня в пирамиде потребностей по Абрахаму Маслоу. Возникнет и новый тип коллективного управления и экономики, экономика дарения. Последнее зависит от уровня образованности и культуры следующего поколения, а, значит, и от уровня ответственности современных мировых элит перед будущим.
3. В настоящее время наряду с другими государствами Россия проходит зону турбулентности. БОльшие издержки и потери, очевидно, соответствуют, в том числе, ее географическому и природному масштабу. Пример – 2008-2009 гг., когда по макроэкономическим показателям мы выскочили за пределы второй сотни пострадавших государств. Однако именно в сфере культуры у России могут быть свои нераскрытые возможности – «неприкосновенный запас», благодаря мощному историко-культурному фундаменту, многовековому наследию, потенциалу идентичности, особенностям психоисторического типа… Что именно из нашего духовного и материального наследия может быть положено в основание возникающей общемировой социокультурной реальности?

В.Г.Буданов
Главный наш ресурс это конечно русский язык. Он база нашей культурной памяти и возможности доступа к ее глубинам, основа Русского мира. В нем креативность русского человека в широком смысле слова, не только русского по крови. Насколько мы будем способны сохранить своё прошлое, настолько мы будем устойчивы, адаптивны, готовы пройти через тяжелые испытания антропологического перехода.
Великая культура — это наша опора. Во-первых, это глубинная народная культура, от которой нельзя отказываться. И тысячелетняя религиозная культура, которая скрепляла и поддерживала людей. Я говорю не только о православии, но и о других традиционных религиях.
Второе основание – великая светская культура, искусство ХIХ, ХХ веков – литература, живопись и музыка – уже не национальное, а всемирное достояние. Наш вклад в мировую сокровищницу безусловен. Его надо чтить, это камертон, к которому надо постоянно прислушиваться.
И наконец, третий, не по важности, вклад советской культуры в наш национальный генезис. Здесь отметим два уникальных феномена СССР. Первое — великая массовая научная культура и доступное качественное образование – достояние и мечта советского человека. Мы все еще используем традиции и кадровый потенциал науки и образования того времени. Второе, Советский народ – это далеко не миф, а реальность. И в имперские времена уже было некое единство народов России, в советские времена этот народ превратился в монолит. Такого взаимопонимания людей разных культур, пожалуй, нигде и никогда больше не было. Мы должны не с пренебрежением, а с большим уважением относиться к этим достижениям, пытаться вернуться к ним .

4. Насколько универсален отечественный опыт? Какова возможная сфера нашего социокультурного влияния – страны Евразийского союза, Европа/Азия, весь мир? Сможет ли Россия стать флагманом разворачивающихся антиглобализационных процессов?

В.Г.Буданов
Глобализация по-американски с ее приоритетом общечеловеческих ценностей и прав человека противопоставляется культуре нации и общественным интересам. Испокон века Русь-Россия являлась не только самодостаточным культурным пространством, но и пространством посредничества между Востоком и Западом Севером и Югом. Шелковый путь проходил по территории бывшего СССР, так же как и путь «из варяг в греки». Восток и Запад соединяются в нашем менталитете, мы умеем уважать и чужие культуры, и одновременно права человека.
В ближайшие годы нас, скорее всего, ждет перспектива регионализации, что неравнозначно изоляционизму. Речь идет о мультикультурализме, хотя и на принципиально новых основаниях. Россия, углубившись в пласты исторической памяти, в состоянии предложить миру альтернативу. Пока же национальные культуры предлагаются к сохранению в качестве хобби, а глобалистские ценности должны доминировать.
В свое время Ю.М.Лотман говорил, что по-настоящему проникнуть в свой язык можно, только поняв чужой. Полюбить собственную культуру можно, когда знаешь и чувствуешь другие, понимаешь достоинства своей культуры, а также то, что можно воспринять из иных культурных традиций.
Вот еще аргумент: экосистема устойчива и адаптивнеа, когда имеется многообразие видов. Любому этносу, как и любому биологическому виду, отпущено определенное время, и если лишить Землю многообразия, жизнь придет к финалу. Мы благодарны древним культурам за то, что они принесли в мир, и мы используем их потенциал. Молодые культуры, которые только развиваются – когда-то станут локомотивом истории, их следует оберегать. Любая культура — ген в культурном геноме человечества, какие-то гены спят, но приходит время и спящий проснется.
Сегодня – наше время. У нас есть две вещи, которые могут объединить людей и народы. Это взаимное уважение к культурам друг друга и забота о будущем наших детей. Если Россия будет говорить об этом во всеуслышание – это не останется втуне, как уже было провозглашено в середине ХХ века Н.К.Рерихом — «Мир через культуру».
5. В эпоху распространения такого состояния, как «мировойна»/«войномир», развития практики гибридных войн, когда, по сути, нет ни локализованного театра военных действий, ни четкой линии фронта, историко-культурное наследие, даже в странах, остающихся за пределами непосредственных боевых соприкосновений, оказываются в зоне риска, или, лучше сказать, «рискогенной неопределенности». Каковы могли бы быть культуро- и градозащитные стратегии, позволяющие минимизировать, если не исключить потенциальный ущерб?

В.Г.Буданов
В период большой смуты можно опять выстроить границы и спрятаться в складках национальной территории. А есть еще традиции национальной гвардии — запасников с оружием на дому. Поселения казаков строились как военные: они пахали землю, рожали детей, но у каждого дома имелось оружие.
Так устроена жизнь и в Швейцарии. Швейцарцы – замечательные воины, прошедшие серьезную подготовку, недаром охрана Ватикана – швейцарцы. Жизнь на Кавказе была устроена по тому же принципу. И в Америке не запрещено иметь оружие, которое является фактором сдерживания бытового насилия. Но все это предполагает наличие культуры – например, беспробудным и безответственным пьяницам оружие никто не даст.
А вот если мы возьмем скандинавские страны, то там оружия нет даже у полицейских. По инструкции при ограблении банка полицейский должен лечь на пол по первому требованию преступников, ценность ненасилия превыше всего. Сложно им противостоять агрессии мигрантов с пылающего Ближнего Востока.
В условиях гибридных войн регулярные части не слишком эффективны. ИГИЛ (запрещенное в России) завоевывало города, сначала устраивая публичные казни, после чего смертники шли вперед, демонстрируя, на что они готовы – и люди, сломленные духом, сдавались. Защита от этого – только наличие дома оружия, достаточного запаса патронов и любви к малой родине, ближним и культуре предков.

6. Проекцией неолиберальной макроэкономической доктрины на систему расселения оказывается обезлюживание пространств страны, деградация и исчезновение средних и малых городов, сельских поселений. Вместе с ними по всей России ветшают и разрушаются сотни и тысячи памятников истории и культуры. Что делать, к примеру, если поселение по факту опустело, а храм или жилой дом, входящий в реестр памятников, приходит в упадок? Оставить как есть, вкладываться в консервацию, переносить в музеи под открытым небом, которые появились и получили распространение в последние десятилетия?

В.Г.Буданов
На мой взгляд, проблема может быть решена с помощью раздачи людям земли. Сейчас ее дают в далеких неудобьях. Там тоже можно чего-то добиться, если ты молод и полон сил. Но лучше землю предоставлять поближе, в благоприятных климатических зонах. Однако не оставляет ощущение, что ее приберегают не для народа.
Пока человек не приблизится к земле, гармонии с природой не возникнет. Мы должны начать строительство духовно-экологической цивилизации. Если человеку дать в собственность пару гектаров вокруг старой церкви или заброшенной усадьбы, он и развалины восстановил бы. Человек многое способен поднять, если будет знать, что внуки его будут жить здесь, будут ходить в этот храм, работать на этой земле. А если фермеру землю дают на три-пять лет, то он и относится к ней соответствующим образом.
7. Министерством культуры РФ инициирован проект «Россия. Наследие», предусматривающий создание информационно-аналитического портала. Он нацелен на охрану историко-культурного наследия, но выходит далеко за рамки узкоспециальной проблематики. Ваше отношение к такому широкому – неспециализированному – взгляду на мир и место в нем нашей страны. Насколько это соответствует, во-первых, моменту, а во-вторых, архетипам всеотзывчивости и полифоничности русской культуры?

В.Г.Буданов
Мы люди целостного мироощущения, для нас чужая боль – как своя. Мир, познанный через основания культуры – это единственный мотиватор, который внятен всем, быть может, за исключением террористов-античеловеков.
Тематика журнала, претендующего на лидирующие позиции в культуре, однозначно должна выходить за пределы вопросов охраны памятников. Есть профессиональная сторона: сохранение, реставрация, приспособление – и есть мировоззренческая, концептуальная, и она не менее значима. В противном случае мы сами себе закроем горизонты. Само название журнала и портала – «Россия. Наследие» – понимается не как пыльный архив, а как источник силы, позволяющий идти вперед. Вопросы, которые вы ставите, имеют общецивилизационное звучание и смыслы. В ХХI веке основой является не экономика, все передовые технологии вырастают из потребности создать нового человека. Для начала – продления жизни и обеспечения здоровья. Но ради чего все это, если не для духовного возвышения человека?
Россия, опираясь на свое великое наследие, спасет мир в очередную годину тяжких испытаний. Очевидно, она для того и существует. Ведь назвать ее когда либо процветающей, «катающейся как сыр в масле» – весьма проблематично. И она готова к такой миссии – сколько раз это уже происходило на глазах изумленных народов. Когда в Европе – большой кризис, все взоры обращаются к России. Так было и так будет.

Оставить комментарий

Войти с помощью: