Skip to content

АНОНС

Открылся канал нашего портала в Ютубе - Канал «Якутия. Образ будущего»

Китайская иммиграция и будущее России.

Специально для интернет-портала “Якутия. Образ будущего”.

Главный редактор портала, кандидат исторических наук Афанасий Николаев.

27 ноября 2015 г.

По оценкам Ж. Зайончковской и В. Гельбраса, общая численность легальных и нелегальных китайских мигрантов составила в России в начале XXI в. 400–500 тыс. человек.

Рост миграции китайцев в РФ с начала XXI века обусловлен реализацией глобальной внешнеэкономической стратегией Китая под девизом «Идти вовне» обнародованной в 2000 г.

Цель этой стратегии – завоевание до 10% доли международного рынка труда (в настоящее время доля Китая составляет 2-3%).

По расчетам китайских экономистов, при условии ежегодного выезда за рубеж 1-2 млн. трудоспособных китайцев, ориентированных на предпринимательство, в самой КНР и за ее пределами может быть создано порядка 10-20 миллионов новых рабочих мест, что позволит снизить безработицу и повысить уровень жизни китайских граждан.

Одновременно китайские предприниматели будут внедряться в экономику принимающих стран, увеличивая возможности для накопления капитала, который можно будет направить на закупку сырья и технологий и дальнейшее развитие производства в самом Китае.

Таким образом, в ближайшие 10-20 лет из КНР могут эмигрировать несколько десятков миллионов человек.

В соответствии с установками программы «Идти вовне», в последние годы, у китайских мигрантов в России отмечается резко возросшее стремление (по сравнению с настроениями, выявленными в ходе анкетирования китайских граждан в ряде городов РФ в 1998–1999 гг.) получить российское гражданство, либо вид на жительство.

В 2002 г. об этих намерениях заявили 23,7 % опрошенных, а в целом закрепиться в России хотели бы более трети участников опроса. Более половины опрошенных китайцев не собирались возвращаться на родину и намеревались позже уехать в какую-нибудь другую страну.

Среди приезжающих в Россию китайцев увеличилось количество тех, для кого движущими мотивами являются возможность быстрее и легче получать более высокие доходы.

Эту же тенденцию подтверждает неоднократно посещавший Россию и Китай немецкий журналист и публицист П. ШОЛо-ЛАТУР, отмечающий, что в России оседают, как правило, китайцы с достаточно высоким социальным статусом.

Таким образом, уже сейчас речь может идти о формировании в России прослойки китайских иммигрантов-предпринимателей, ориентированных не только на личный успех, но и на содействие дальнейшему развитию Китая.

Известный российский китаист В. Гельбрас отмечает основные особенности современной китайской миграции: «Во-первых, в правительственном стимулировании процесса становления зарубежных китайских землячеств, их укрепления и развития; во-вторых, в ориентации их на решение задач внешнеэкономической стратегии и внутренней политики КНР; в-третьих, в формировании и развитии международных связей китайских землячеств под эгидой Пекина. Наконец, самое главное – с массовой иммиграцией связаны далеко идущие планы глобального национального возвышения, доказательства национального превосходства над всеми народами, принадлежащими к так называемому золотому миллиарду».

По мнению В.Гельбраса, Россия относится к числу немногих стран, где Китай намерен решать значительную часть задач своего глобального внешнеэкономического наступления.

После распада Советского Союза Россия сразу же начала играть для Китая двоякую роль: страны, принимающей китайских мигрантов, и страны-коридора для их миграции в Западную Европу и другие регионы. Количество одних только «транзитников» оценивается примерно в 100 тыс. человек в год.

Для организации транзита таких масштабов нужны соответствующие условия. И они сложились, когда в России появилась прежде отсутствовавшая здесь китайская диаспора. Этому способствовало заключение между РФ и КНР в начале 1990-х годов соглашения о безвизовом туризме, благодаря которому нелегалы получили возможность в массовом порядке проникать на российскую территорию.

На этапе создания диаспоры китайская миграция в Россию, она мало чем отличалась от миграции в другие страны. Как правило, мигранты из Китая всюду одинаково стремятся заполнить приграничные районы.

Вначале освоением территорий и рынков занимаются те, кто связан с мелким и средним бизнесом: беднота, чьей целью является аренда земельных участков, владельцы торговых палаток, небольших ресторанов, мастерских и т.п., а также предприниматели средней руки.

После возникновения подобной «китайской среды» на сцену выходит более солидный капитал – фирмы и банки, стремящиеся приобретать в собственность земельные участки и другую недвижимость, прочно укорениться в стране пребывания.

Особенностью проникновения китайцев в Россию стало то, что мелкий китайский бизнес сосредоточился в основном в приграничной полосе Дальнего Востока, занимаясь «челночной» торговлей и выращиванием овощей, а более крупный почти сразу же устремился в центральные районы страны, прежде всего в Москву и другие большие города.

По официальным данным, уже в 2005 г. в Москве было 150 тыс. легализованных и около 30 тыс. нелегальных мигрантов из КНР.

В последние годы китайские мигранты стремятся осваивать сельские местности России. Попытки организации китайскими мигрантами масштабных приобретений земли были отмечены в Смоленской, Тверской, Нижегородской, Ивановской, Пензенской и Свердловской областях.

Особенности китайской миграции в нашу страну во многом обусловлены условиями самой России.

В 90-е годы ХХ в. восточные регионы России, в условиях отсутствия внимания и поддержки со стороны федерального центра, предоставленные сами себе в борьбе за выживание, стали ориентироваться на развитие отношений с Китаем, Южной Кореей, Японией, странами Юго-Восточной Азии. Одновременно росла их внешнеэкономическая зависимость от стран АТР, в том числе в плане рабочей силы.

По прогнозам, постоянное население Дальневосточного федерального округа может сократиться к 2025 г. еще на 2,2 млн. человек.

Уже с 2005 г. Дальний Восток России стал испытывать нарастающую нехватку рабочей силы – более всего в отраслях социальной сферы: здравоохранении, социальном обеспечении, образовании и науке (23,4% общей потребности в кадрах). На 17,1% потенциального прироста претендует промышленность, на 13,3% – торговля, на 12,1% – строительство, на 8,9% – жилищно-коммунальное хозяйство, на 7,3% – управление, на 5,4% – транспорт и связь, на 4,9% – сельское хозяйство и т.д..

Во многих отраслях невозможно использовать вахтовый метод работы или сезонную занятость, требуются постоянные кадры и, следовательно, оседлое население. Причем в перспективе будет нарастать потребность в квалифицированных кадрах, а из всех соседей России в этом регионе только КНР в ближайшие годы будет располагать мощной базой для их массовой подготовки.

Подавляющее большинство китайских мигрантов отдают предпочтение торговле и общественному питанию – 86,6% в 2002 г. и 68% в 2005 г.

Снижение доли китайцев занятых в торговле и общественном питании объясняется тем, что часть мигрантов занялась автоперевозками, делом не менее прибыльным. Кроме того, увеличилась доля лиц, занятых в строительстве.

Таким образом, мигранты из Китая ориентированы на отрасли, где можно достичь максимально быстрого накопления капитала.
Это подтверждает вывод В.Гельбраса о том, что «абсолютное большинство китайских мигрантов является частью организованной структуры, функциональным элементом товарного потока из Китая».

В 2002 г. подавляющее большинство опрошенных китайских мигрантов в России заявляли, что они либо направлены на работу, либо являются доверенными лицами, сотрудниками или владельцами китайских предприятий и фирм.

За небольшой период времени в современной России сложилась китайская диаспора, принявшая или принимающая в городах форму компактных землячеств анклавного типа с замкнутой системой жизнеобеспечения. Эти землячества «оказались в состоянии аккумулировать и целенаправленно использовать огромные денежные средства, заведомо действуя в ущерб России».

Одновременно китайцы, занимающиеся сельским хозяйством, от Урала до Дальнего Востока превратились в поставщиков сельскохозяйственной продукции.

В трансграничной торговле на Дальнем Востоке в качестве перевозчиков грузов («челноков») занята заметная часть местного российского населения.

Это обстоятельство, с другой стороны, отчасти объясняет нехватку рабочей силы для отраслей народного хозяйства Дальнего Востока при официально существующей безработице.

Китайские землячества отличаются высокой деловой активностью и стремлением к закреплению в тех сферах предпринимательства, где можно рассчитывать на быстрое первоначальное накопление капитала, – в торговле, общественном питании, строительстве, гостиничном бизнесе.

Отводимая китайским землячествам в России экономическая роль в большинстве случаев сводится к реализации многочисленных «теневых» схем извлечения максимальной прибыли. Таким образом, основу деятельности большинства обосновавшихся в России китайских фирм составляет нелегальный бизнес.

В правовом отношении китайские землячества представляют собой неформальные объединения, не имеющие органов управления. Тем не менее, вся их деятельность регламентируется узким кругом наиболее состоятельных лиц.

С точки зрения социально-экономического устройства китайские землячества – это замкнутые вертикальные структуры, этнопирамиды.

У них в России уже есть вся необходимая структура, свои банки и инвестиционные компании, производственные и торговые фирмы, оптовые склады крупных каргофирм, доставляющих товары из Китая и Юго-Восточной Азии, юридические фирмы, газетные издательства, рынки, магазины, рестораны и торговые центры, учебные заведения и детские сады, медицинские учреждения, предприятия сферы услуг, сеть развлекательных заведений, транспортные предприятия.

Для китайских этнических образований характерны, стремление максимально сохранить свою идентичность, и одновременно расширить свое присутствие в принимающем обществе.

Как показывает опыт разных стран мира, целью этих усилий, в конечном счете, является образование замкнутых компактных поселений, чайна-таунов. В них воспроизводятся традиции, обычаи и порядки их исторической родины, с которой китайцы поддерживают самые тесные связи.

Многие китайцы, под влияниям своей многолетней пропаганды, убеждены в том, что Россия некогда захватила якобы исконные китайские земли, простиравшиеся до Урала, а потому чувствуют себя  хозяевами, которые «берут свое, а не грабят чужое».

Подобная психология оправдывает любые противоправные действия, в том числе варварское разграбление природных богатств Сибири и Дальнего Востоке.

Например, только по Дальнему Востоку нелегальная продажа леса приносит 450 млн. долл. прибыли в год, причем две трети этой суммы достаются иностранным операторам, в основном китайского и южнокорейского происхождения.

Благодаря китайской миграции Россия в короткие сроки оказалась вовлеченной в такое международное разделение труда, при котором ей отведена роль рынка сбыта в основном низкокачественной, отбракованной при реализации на других рынках продукции.

В связи с этим российская (в первую очередь легкая) промышленность несет потери в конкурентной борьбе. Начиная с отдельных палаток на рынках Москвы и других городов, торгующих контрабандным китайским ширпотребом, землячество становится сначала арендатором, а затем и собственником жилых и производственных помещений, приобретает земельные участки под новое жилое, хозяйственное и производственное строительство.

Постепенно контрабанда дополняется собственным производством контрафактной продукции. На подпольных фабриках в Москве и Подмосковье из не самых качественных материалов нелегалы шьют одежду с товарными знаками западных фирм, изготавливают игрушки, нередко опасные для здоровья, парфюмерию и косметическую продукцию.

По доходности этот подпольный сектор экономики китайских землячеств России опережает торговлю контрабандной продукцией. В дальнейшем эту продукцию распространяют уже преимущественно российские «коробейники». Все это ведет, в конечном счете, к вытеснению отечественной продукции с отечественных же рынков сбыта.

Распространяясь по территории России, китайские землячества изначально ориентированы на то, чтобы приносить доходы только «своим». Таким образом, все новые участки исключаются из общероссийского экономического пространства и обслуживают интересы не отечественной, а китайской экономики.

Важным источником доходов для китайских землячеств, особенно в Москве, стало обслуживание нелегального транзита мигрантов, следующих из Китая в Европу и другие части мира.

Начиная с 1996 г. китайские мафиози активно участвуют в международных поставках в Россию маньчжурской конопли и героина. Преобладание в составе землячеств нелегалов приводит к распространению прочих видов криминала – краж, бандитизма, разбойных нападений, похищений людей, убийств.

По данным некоторых российских экспертов по Китаю, в КНР уже разработана государственная программа заселения Дальнего Востока: «Китайские государственные службы не только оформляют своим гражданам визы, но и помогают им легализоваться в России, сообщают адреса, по которым можно поселиться в Хабаровске, Владивостоке, Благовещенске, дают инструкции, как быстрее вписаться в российскую жизнь».

Экономическое присутствие китайцев на Дальнем Востоке расширяется, принимая самые разнообразные формы – от роста количества китайских, преимущественно строительных, фирм и скупки недвижимости (в том числе на подставных лиц), до дающих право на получение гражданства фиктивных браков.

В ДФО растет число детей, рожденных в результате внебрачных связей. Так, в г. Благовещенске из полутора тысяч новорожденных в 2002 г. на долю метисов с ярко выраженными признаками монголоидной расы пришлось почти 20%. В 2003 г. таких младенцев было уже 37%.

Миграция усилила этническое и межцивилизационное взаимодействие русских и китайцев. За последние 25 лет возникли самые разнообразные контакты.

Многие из них неформальны и реализуются на уровне семей либо отдельных лиц. Как полагают некоторые исследователи, в результате складывается новая этнокультурная среда, и Дальневосточный федеральный округ постепенно обретает черты провинции Китая.

Это представляет прямую угрозу национальной безопасности России, её территориальной целостности, так как китайская цивилизация имеет способность ассимилировать окружающие народы, не прибегая к помощи оружия.

В самом Китае, в национальных автономиях, Синьцзяне, Тибете, Внутренней Монголии, китайцы за счёт миграции в эти районы этнических китайцев постепенно растворяют местное население в своей массе и превращают его в национальное меньшинство на собственной территории.

Китайскому прорыву в Россию способствует и то, что они постоянно опережают нас в выдвижении конкретных идей и проектов сотрудничества.

По мнению В. Ларина, главная причина такого положения – преобладание в России ведомственных интересов над национальными, общегосударственными, тогда как у Китая в отношении ДФО и Сибири четко сформулированы именно национальные интересы.

Руководство КНР, как отмечает В.Ларин, планирует в дальнейшем расширение экспансии на российском рынке потребительских товаров, разработку сырьевых запасов Дальнего Востока и Сибири с последующим их вывозом в КНР, развитие транспортной инфраструктуры на территории России для облегчения доставки продукции Северо-Восточного Китая на европейские и азиатские рынки, перенос части производств на российскую территорию, расширение политического и культурного влияния на соседние территории Российской Федерации.

 

Оставить комментарий

Войти с помощью: